И онъ нѣжно взялъ двумя пальцами за прелестное ушко маркизы.
-- Жаль, промолвила она.
-- Да, Антуань неоцѣнимый управляющій -- честный, благородный, дѣятельный. Онъ даже въ этомъ случаѣ поступилъ благородно, какъ настоящій джентьменъ. Я его еще болѣе за это уважаю. Но неловко мнѣ идти на мировую.
-- Зачѣмъ намъ лишаться такого сокровища? Гдѣ мы найдемъ второго Антуаня?
-- Да, ты права, гдѣ мы найдемъ второго Антуаня? произнесъ маркизъ:-- какъ бы я желалъ, чтобы этотъ Козмо и его великая идея провалились... въ кратеръ Везувія.
Маркиза поспѣшно удалилась, боясь, чтобы при дальнѣйшемъ разговорѣ это мгновенное негодованіе на Козмо не превратилось въ ненависть. Возвратясь въ свою комнату, она послала за Антуанемъ. Онъ явился мрачный, несчастный. Его обращеніе было почтительно, но холодно. Маркиза протянула ему руку.
-- Я не хочу вѣрить, чтобы вы серьёзно рѣшились насъ покинуть, г. Антуань, промолвила она съ самой нѣжной, обворожительной улыбкой: -- мы не можемъ потерять нашего друга и совѣтника. Мы съ вами такъ не разстанемся.
Голосъ ея слегка дрожалъ, глаза были влажны, и ея рука сочувственно сжимала руку Антуаня. Онъ не могъ противиться сладостному чувству, овладѣвшему всѣмъ его существомъ при прикосновеніи ея руки. Его гнѣвъ мгновенно остылъ. Онъ готовъ былъ броситься передъ нею на колѣни и осыпать поцѣлуями ея ноги. За невозможностью это сдѣлать, онъ нагнулся и поцѣловалъ ея руку.
Она не разсердилась.
Самолюбіе Антуаня было болѣе чѣмъ удовлетворено. Но оставался еще маркизъ.