Съ перваго взгляда Козмо былъ пораженъ ея красотой, достоинствомъ и простотой ея манеръ. Она протянула руку Дюмареску, который пожалъ ее по англійскому обычаю и потомъ вопросительно взглянула на него, дожидаясь, чтобы онъ представилъ своего пріятеля.
-- Маркиза, сказалъ онъ:-- это мой другъ, сеньоръ, или лучше, господинъ Козмо, такъ какъ онъ хочетъ быть впредь настоящимъ парижаниномъ.
Маркиза была осторожнѣе своего слуги, и хотя разомъ оцѣнила физіономію, наружность и манеры представленнаго ей господина, но Козмо этого не замѣтилъ, несмотря на то, что не спускалъ съ нея своихъ странныхъ взоровъ.
Длинныя черныя рѣсницы маркизы были сначала сгущены и до того скрывали ея глаза, что Козмо могъ только замѣтить ихъ блескъ. Но потомъ она пристально устремила на него свои большіе, каріе, блестящіе, какъ кристалъ, зрачки, и въ ея взглядѣ просвѣчивало полузастѣнчивое, полусмѣлое любопытство, очень лестное для Козмо.
-- Это дикарь, подумала она:-- но необыкновенной силы; надо его приручить.
Она опустилась въ мягкое кресло и знакомъ пригласила сѣсть гостей. Парижанинъ и его пріятель заняли мѣста, при чемъ итальянецъ обнаружилъ всю грацію своей расы. Онъ теперь вполнѣ владѣлъ собою. Онъ не спускалъ съ маркизы своихъ взоровъ и, однако, она не могла разобрать, смотрѣлъ ли онъ на нее съ восторгомъ или только съ любопытствомъ. Во всякомъ случаѣ его взглядъ имѣлъ странную магическую силу и, въ продолженіи нѣсколькихъ минутъ маркизѣ казалось, что она не могла ничего видѣть, кромѣ его глазъ. Она даже разсердилась на себя и устремила свои взоры на Дюмареска, но какъ бы инстинктивно они снова возвратились къ итальянцу. Очевидно, что приручить этого дикаря было дѣло не легкое.
-- Вы не знаете Парижа? сказала она съ улыбкой.
-- Извините, отвѣчалъ онъ: -- я провелъ здѣсь годъ въ царствованіе вашего короля, Луи-Филиппа.
Дюмарескъ насупилъ брови и взглянулъ на своего пріятеля, который, однако, не обратилъ на него вниманія. Маркиза спокойно отвѣтила:
-- Это было несчастное время для Франціи. Но вы должно быть тогда были очень молоды?