-- Они, вѣроятно, забыли. Но все равно, наша сдѣлка уже заключена. Вы знаете, что французское правительство посылаетъ войска въ Неаполь. Мы заключили съ нимъ очень выгодный контрактъ. Наши акціи, навѣрное, поднимутся до преміи въ пятьдесятъ или шестьдесятъ франковъ. Сегодня на Ліонской биржѣ, посмотрите телеграмму, акція въ 500 франк. стоитъ 252 франк. 50 сантимовъ.

Эти слова очень успокоили Абирама, но вмѣстѣ съ тѣмъ возбудили въ немъ восторженное удивленіе къ Козмо. Что же касается до братьевъ Корамъ, поступокъ этой фирмы нимало не разсердилъ и не удивилъ его.

Съ этой минуты три названныя еврейскія фирмы вступили въ тѣсный союзъ съ необыкновеннымъ итальянцемъ. Потому, прежде чѣмъ явиться въ Парижъ, онъ уже заручился ихъ поддержкой, обязавшись съ своей стороны доказать предварительно, что онъ пріобрѣлъ содѣйствіе Папы, французскихъ и австрійскихъ католиковъ, а также французскихъ легитимистовъ. И вотъ теперь Абирамъ и Ко дѣятельно принялись распространять новую католическую пропаганду.

По ихъ иниціативѣ составилась группа финансистовъ. Кинола, учредитель франко-итальянскаго банка, маленькій, серьезный человѣкъ, отличавшійся замѣчательнымъ чутьемъ въ выборѣ спекуляцій, убѣдилъ правленіе банка взять акціи на десять милліоновъ изъ числа пятидесяти милліоновъ, долженствовавшихъ составить капиталъ сеньора Козмо.

Но былъ еще одинъ господинъ, котораго необходимо было склонить въ пользу великой идеи: -- это былъ знаменитый Динандье, одинъ изъ самыхъ богатыхъ, умныхъ, смѣлыхъ и популярныхъ спекулаторовъ на парижской биржѣ.

Онъ началъ жизнь мясникомъ, а кончилъ въ великолѣпномъ домѣ, и теперь покоится подъ мраморнымъ памятникомъ на кладбище Père la Chaise. Если Динандье имѣлъ какія-нибудь религіозныя убѣжденія, то конечно католическія. Но съ того времени, какъ онъ вышелъ въ свѣтъ изъ лавки торговца свининой въ центральномъ парижскомъ рынкѣ и занялся финансами, онъ обнаруживалъ много качествъ, присущихъ животнымъ, съ анатоміей, которыхъ былъ такъ близко знакомъ: онъ былъ не только gourmand, но goulu, не только gourmet, но gobeur т. е., попросту сказать, не ѣлъ, а жралъ; что же касается до нравственности, то если всѣ добродѣтели, приписываемыя ему золотой подписью на мраморномъ памятникѣ вы замѣните противоположными пороками, то едва ли все-таки получите вѣрный портретъ нравственной личности Динандье.

Но онъ занималъ видное мѣсто въ парижскомъ финансовомъ мірѣ. Когда этотъ громадный, толстый, заплывшій жиромъ и съ трудомъ переводившій дыханіе господинъ медленно двигался по улицѣ Вивьенъ или Лафитъ, обтирая на каждомъ шагу потъ, выступавшій у него на лбу, всѣ ловили случай снять шляпу и поздороваться съ нимъ; вліятельные финансисты спѣшили на перерывъ пожать громадный кусокъ мяса, служившій ему вмѣсто руки, а мелкія актрисы театровъ Пале-Рояль и Водевиль избѣгали съ нимъ встрѣчи изъ боязни, чтобы онъ не назвалъ ихъ по имени и публично не потрепалъ ихъ по щекѣ. "Всѣ знаютъ Динандье", говорилъ онъ съ гордостью и считалъ себя въ правѣ дѣлать, что хочетъ.

Такимъ образомъ Динандье, благодаря своимъ милліонамъ, велъ грубую, дикую, свинскую жизнь, и этой золотой свиньѣ, однако, поклонялись евреи, католики, протестанты и атеисты. И правда, чего онъ только не дѣлалъ? Въ его рукахъ была половина акцій парижскихъ конныхъ желѣзныхъ дорогъ, четверть акцій водопроводныхъ компаній, осьмая часть акцій желѣзной дороги изъ Ліона на Средиземное море и громадное число конныхъ желѣзныхъ дорогъ по всей Франціи. Его называли "царемъ конокъ". Онъ строилъ ихъ по двадцати и тридцати тысячъ франковъ за километръ, а продавалъ за пятьдесятъ, сто и полтораста тысячъ. Онъ былъ до того богатъ, что могъ сколько угодно дожидаться, пока конка принесетъ барышъ, и тогда пускалъ ее по такой цѣнѣ, что акціонеры получали четыре или пять процентовъ. Публика съ удовольствіемъ подбирала эти крохи, падавшія со стола милліонера.

Авраамъ Абирамъ сказалъ прямо сеньору Козмо, что ему необходимо поймать въ свои сѣти эту крупную рыбу.

-- За спиною этого человѣка стоятъ бордоское кредитное общество, сѣверно-южный банкъ, компанія поземельнаго кредита въ Средиземномъ морѣ и т. д. У него три газеты въ Парижѣ, одна въ Бордо и одна въ Марсели. Его слово законъ для тысячъ достойныхъ людей. Онъ представляетъ одинъ цѣлое крупное учрежденіе. Вы должны переманить его на свою сторону.