-- Кто такой вашъ пріятель, которому въ такое время понадобилась такая пропасть именно этихъ бумагъ?-- спросилъ Антуанъ барона.
Тотъ вспыхнулъ. Они заглянули въ глаза другъ другу.
Антуанъ протянулъ руку и крѣпко сжалъ руку своего спутника.
-- Вы -- истинный аристократъ,-- сказалъ онъ,-- аристократъ до душѣ, по сердцу.
-- Полноте,-- сказалъ баронъ.-- Милый Антуанъ, все это вздоръ. Развѣ я не пожертвовалъ бы жизнью, чтобы избавить ее отъ минутнаго страданіи? Поклянитесь мнѣ вашей совѣстью, что никогда не скажете ей, что я это сдѣлалъ.
-- Клянусь!-- воскликнулъ глубоко-растроганный Антуанъ.
-- Стойте,-- вскричалъ баронъ.-- Намъ еще рано ѣхать во французскій банкъ. У меня тамъ лежитъ три милліона и если я переведу деньги прямо на имя маркиза, объ этомъ могутъ узнать. Поѣдемте въ Шампо. Теперь ровно одиннадцать часовъ. Мы тамъ застанемъ старика Динандье за завтракомъ. Онъ долженъ мнѣ это уладить.
Они дѣйствительно застали финансиста за столомъ. Онъ уписывалъ мелкихъ морскихъ раковъ въ ожиданіи завтрака. Страшное волненіе царило во всемъ районѣ биржи, во всѣхъ cafés, у Шампо. Цѣлыя толпы мужчинъ и женщинъ болтали, кричали, размахивали руками, иные плакали. Извощики сходили съ козелъ и поднимались по лѣстницѣ, направляясь къ галлереѣ, въ погоню за сѣдоками, которые, поддавшись общей тревогѣ, выскакивали изъ экипажей и убѣгали, позабывши заплатить. У Шампо больше разговаривали, чѣмъ ѣли. Отъ времени до времени посланный подходилъ въ какому-нибудь извѣстному маклеру, шепталъ ему слова два и быстро удалялся. Многіе изъ этихъ маклеровъ, послѣ такого посѣщенія, вставали, не прикоснувшись къ ѣдѣ, и уходили блѣдные, встревоженные. Одинъ Динандьи сидѣлъ совершенно спокойно.
Плумъ и Антуанъ, до ушей которыхъ долетѣло много зловѣщихъ словъ, ускорили шаги.
Динандье поднялся имъ на-встрѣчу.