На разстояніи десяти футовъ отъ лодки, въ хрустальной водѣ блестѣла серебристая лососка, по крайней мѣрѣ, въ четыре фута длины, съ открытымъ ртомъ и медленно двигавшимися плавниками.
-- Не двигайтесь, промолвилъ, затаивъ дыханіе, Роджеръ: -- смотрите на лѣсу. Я поверну на средину.
Спокойно, но быстро лодка идетъ въ фарватеръ, Тадди тихонько натягиваетъ лѣсу, но вдругъ она ускользаетъ изъ его пальцевъ съ быстротою молніи. Зоркій глазъ Роджера, слѣдящій за руками Тадди, пускаетъ лодку по теченію за рыбой.
-- Осторожнѣе, Тадди, осторожнѣе. Она повернетъ сейчасъ. Не отпускайте ее.
-- Налягте, сэръ, скорѣе.
Роджеръ ударяетъ по водѣ веслами и лѣса снова натягивается.
Тадди тащитъ лѣсу. Оба они мокры отъ испарины. Солнце жжетъ. Вода сверкаетъ. Воздухъ насыщенъ жаромъ и водяными парами.
Постепенно рыба приближается. Она совершенно истощена и еле поводитъ плавниками, махая хвостомъ и то отворяя, то закрывая ротъ.
Роджеръ быстро, мѣтко пронзаетъ багромъ это чудовище, крупнѣе ребенка. Лодка наклоняется, но чрезъ минуту, на днѣ ея лежитъ великолѣпная лососка въ сто фунтовъ вѣса. Она бьетъ своимъ могучимъ хвостомъ по ногамъ Тадди, но все-таки призъ взятъ.
-- Ура! восклицаетъ Джобсонъ.