-- Милый тесть, отвѣчалъ Джобсонъ, тронутый искреннимъ тономъ и добротою декана:-- я боюсь, что семейное счастіе уже разрушено. Я не могу говорить объ этомъ съ Винистуномъ: это вопросъ семейный и мы должны его разрѣшить келейно, такъ чтобъ никто не зналъ.
Они вошли въ домъ и каждый отправился къ своей женѣ.
-- Сильвія, сказалъ Джобсонъ спокойно, холодно, но мягко: -- я не желаю, чтобъ мы расходились въ мнѣніяхъ на счетъ чего бы то ни было, тѣмъ болѣе, когда дѣло идетъ о счастіи твоихъ родителей. Повидимому, наше присутствіе въ эту минуту причиняетъ имъ неудовольствіе. Нашъ долгъ -- уѣхать; мы можемъ вернуться, когда время смягчитъ гнѣвъ епископа, или когда моя книга будетъ справедливѣе оцѣнена. Я только-что видѣлъ твоего отца. Онъ очень радушно просилъ меня остаться и даже выразилъ согласіе подвергнуться гнѣву епископа, но я полагаю, что намъ лучше избавить его отъ непріятностей, которыя можетъ навлечь на него наше пребываніе въ его домѣ.
-- Ты подумалъ ли хорошенько о своемъ положеніи? сказала Сильвія, блѣдная, но рѣшительная:-- вѣдь не я виновна въ томъ, что произошло.
-- И я не могу признать себя виновнымъ въ томъ, что я высказалъ свои убѣжденія. Конечно, моя книга возбудила здѣсь непріятную исторію, благодаря глупому ханжеству одного человѣка, и я очень сожалѣю объ этомъ ради тебя. Но я не могу принять на себя отвѣтственность за эту исторію. Мы оба съ тобою жертвы нелѣпаго заблужденія и намъ надо какъ можно скорѣе уѣхать отсюда.
-- Ты все-таки упорствуешь въ томъ, что не сдѣлалъ ничего дурного, напечатавъ эту книгу?
-- Да, если я обязанъ дать отвѣтъ на подобный вопросъ даже своей женѣ.
-- Въ такомъ случаѣ, ты можешь дѣлать что хочешь, а я отсюда не поѣду, произнесла Сильвія.
Джобсонъ, снявшій фракъ и оставшійся въ одной рубашкѣ, посмотрѣлъ на нее съ удивленіемъ, почти съ презрѣніемъ.
-- Если я уѣду сегодня, ты останешься? Понимаешь ли ты, что это значитъ? И берешь ли ты на себя отвѣтственность за всѣ послѣдствія? Повторю еще разъ. Я уѣзжаю сегодня отсюда и прошу тебя ѣхать со мною.