Какъ это я не подумалъ о ней раньше! Столько времени мы ломались и ломали головы, стараясь объяснить наши желанія невоспитанному германцу, а между тѣмъ у насъ подъ руками книга, написанная спеціально для такихъ случаевъ, — книга, составленная въ тѣхъ видахъ, чтобы англійскіе путешественники, обладающіе подобно намъ лишь скудными свѣдѣніями въ нѣмецкомъ языкѣ, могли удовлетворять свои скромныя требованія, путешествуя по фатерланду, и вернуться изъ поѣздки цѣлыми и невредимыми.
Я поспѣшилъ достать книгу и принялся отыскивать діалоги, имѣющіе отношеніе къ важному вопросу о питаніи. Такихъ не оказалось!
Тамъ былъ длинный и страстный разговоръ съ прачкой, о которомъ мнѣ и вспомнить совѣстно. Около двадцати страницъ было посвящено разговору между необычайно терпѣливымъ сапожникомъ и крайне раздражительнымъ и по натурѣ недовольнымъ заказчикомъ, — заказчикомъ, который проболтавъ около двадцати минутъ и примѣривъ повидимому всѣ сапоги, находившіеся въ магазинѣ, уходитъ со словами:
— А впрочемъ, сегодня я ничего не куплю. До свиданія.
Отвѣтъ сапожника не приведенъ. Вѣроятно онъ выразился жестомъ, сопровождавшимся примѣчаніями, которыя, по мнѣнію составителя, не могутъ понадобиться христіанскому туристу.
Этотъ разговоръ съ сапожникомъ по истинѣ поражалъ своей обстоятельностью. Должно быть составитель книжки жестоко страдалъ отъ мозолей. Я могъ-бы заговорить любаго нѣмецкаго сапожника, отправившись въ нему съ этой книжкой.
Затѣмъ слѣдовали двѣ страницы водянистой болтовни при встрѣчѣ съ знакомымъ на улицѣ? — «Мое почтеніе, сударь или сударыня». — «Съ праздникомъ!» — «Какъ поживаетъ ваша матушка!..» — Какъ будто человѣку, не знающему двухъ словъ по нѣмецки, придетъ въ голову останавливать на улицѣ иностранца и спрашивать, какъ поживаетъ его матушка.
Были тутъ еще «разговоры въ вагонѣ», — разговоры между путешествующими лунатиками, — и діалоги во время переѣзда. — «Какъ вы себя чувствуете?» — «Пока довольно сносно; не знаю только, на долго-ли». — «О, какія волны! Мнѣ очень скверно, я сойду внизъ. Велите пожалуйста дать мнѣ чашку». — Желалъ бы я знать, кто, находясь въ такомъ положеніи, вздумаетъ выражать свои ощущенія по книгѣ нѣмецкихъ разговоровъ!
Въ заключеніе сообщались германскія пословицы и «Идіотизмы», подъ которыми на всѣхъ языкахъ подразумѣваются повидимому «фразы для идіотовъ»: — «Не сули журавля въ небѣ, а дай синицу въ руки». — «Время приноситъ розы». — «Орелъ не ловитъ мухъ». — «Не покупай кошку въ мѣшкѣ», — точно есть цѣлый классъ людей, которые покупаютъ кошекъ именно такимъ способомъ, чѣмъ и пользуются недобросовѣстные продавцы, подсовывая кошекъ плохого качества.
Перелистовавъ эту галиматью, я не нашелъ ни словечка насчетъ «Savoury». Въ главѣ «пища и питье» попались «ежевика», «фиги», «ирга» (что это такое — не знаю; никогда не слыхалъ о такомъ кушаньѣ), «каштаны» и тому подобныя вещи, которыхъ врядъ-ли это потребуетъ даже у себя на родинѣ. Были тутъ масло и уксусъ, перецъ, соль и горчица, но того, съ чѣмъ ихъ ѣдятъ, не было. Я могъ бы спросить крутыхъ яицъ или порцію ветчины, но я не хотѣлъ крутыхъ яицъ или порцію ветчины. Я хотѣлъ яичницу съ зеленью, а объ этомъ блюдѣ авторы «Маленькаго карманнаго гида» очевидно никогда не слыхали.