-- Мне хотелось бы тебе еще кое-что сказать,-- прошептал он.-- Ты понимаешь, что вам придется жить без меня. Мне всегда хотелось поговорить с тобой. Но если ты задавал вопросы, то я отвечал немногосложно, просто потому что не знал, что ответить. По ночам я не спал и обдумывал то, о чем ты спрашивал. И надеялся, что, когда я буду умирать, что-нибудь случится такое, что я смогу с тобою говорить обо всем. Но этого не вышло. Я думаю, что так и должно быть. Во мне все темно.
Он начал бредить и после нескольких непонятных слов снова закрыл глаза. Больше он в себя не приходил.
Энтони сказал матери, что все истрачено на новое изобретение.
-- Да неужто он думал, что я этого не знала? -- ответила она.
Они стояли у постели. Мать уже сходила в большой дом и принесла оттуда букет белых цветов. Она положила их отцу на грудь. Энтони с трудом узнавал отца: тонкие губы были сжаты и образовали прямую, жесткую черту. Если не считать рта, лицо отца было красиво, но потому, что он всегда был серьезен и строг и его седые волосы были всегда растрепаны, никто этого не замечал. Мать наклонилась и поцеловала его бледный лоб.
-- Сейчас он похож на того, каким я его помню в самом начале,-- сказала она.-- Ты видишь теперь: он, несомненно, был джентльменом.
Мать казалась моложе, стоя у постели умершего. На ее лице появилась какая-то непривычная мягкость.
-- Ты делал все, что мог, мой милый,-- сказала она,-- и я жалею, что не помогла тебе, как следует.
Все хорошо отзывались о красивом человеке, который лежал с закрытыми глазами и сложенными на груди руками. Энтони не знал, что его отец пользовался такой общей любовью и уважением.
-- Разве отец был родственником мистера Селвина? -- спросил он мать после похорон.