Эта мысль неоднократно приходила и в голову миссис Плумберри, так что она не была поражена настолько, насколько следовало бы.
-- Каждая женщина,-- сказала она,-- ждет, что именно ее отпрыск влезет на спину другим.
-- Возможно,-- согласился молодой доктор. Он тихо закрыл за собою дверь. Миссис Плумберри подождала, покуда женщина на кровати открыла большие глаза, и положила ей тогда в руки ребенка.
-- Помогите ему, если он долго не будет брать грудь,-- посоветовала миссис Плумберри, оправляя простыню.
Ребенок что-то проворчал и принялся за работу.
-- Я так хотела, чтобы у меня был мальчик,-- прошептала женщина,-- он мог бы помогать в мастерской.
Она покрепче прижала ребенка к своей бледной груди и снова прошептала:
-- Я бы хотела, чтобы он был сильным: слабому так трудно жить.
За всю свою практику миссис Плумберри не видала, чтобы ребенка было так трудно отнять от груди. Если бы он имел дело только со своей матерью, трудно было бы сказать, чем бы это кончилось. Но миссис Плумберри всегда интересовалась своим делом не только с материальной стороны и привыкла помогать роженицам до тех пор, покуда была еще нужна. Сама миссис Плумберри сознавалась, что ей пришлось приложить силы, но когда ребенок почувствовал, что имеет дело с кем-то более сильным, чем он сам, он внезапно уступил и перенес всю свою энергию на соску,-- характерно, что и в будущей своей жизни Энтони вел себя совершенно так же. Характерно и то, что, чувствуя себя побежденным, он не питал вражды к победителю.
-- Ты умеешь проигрывать ставку,-- сказала миссис Плумберри, когда ребенок, не протестуя, принял резиновую соску, вложенную ему в рот, и улыбнулся.-- Это значит, что ты будешь уметь и побеждать, так всегда бывает.