— Удивительно, что она не подняла на ноги весь дом, — сказал он, вытирая рукавом пот со лба, — и что бы тогда случилось с нами? Я сразу находил неправильным, что вы заставили меня сбрить бакенбарды, но уступил, раз вы считали, что лучше знаете. Она меня никогда не видела без них. У меня была замечательная растительность еще когда я был мальчишкой. Когда у других мальчиков…
— Замолчи! — проревел м-р Кидд.
— Не желаю! — вызывающе продолжал м-р Гиббс. — Мне надоело быть оторванным от моего уютного дома и жены; я сегодня же опять отпущу бакенбарды. Без них она меня никогда не узнает, это факт.
— Он прав, Боб, — убежденно подтвердил м-р Браун.
— Не хочешь ли ты этим сказать, что мы должны ждать, пока отрастут его проклятые бакенбарды? — воскликнул м-р Кидд, приплясывая от бешенства.
И содержать его в безделии, пока они не вырастут?
— Все это вы получите из моей доли, — с достоинством возразил м-р Гиббс, — но впрочем, делайте, как знаете. Если хотите, мы расстанемся сейчас и будем квиты, я не возражаю.
М-р Браун увел своего разгневанного приятеля в сторону и долго уговаривал его тихим, но убедительным тоном. М-р Гиббс стоял поодаль и с безучастным видом насвистывал что-то.
— Сколько времени нужно им, чтобы вырасти? — прорычал м-р Кидд, обратившись к нему.
М-р Гиббс пожал плечами.