ГЛАВА XVI.
Теперь мы должны разсказать, что дѣлалъ Маннерсъ съ минуты своего отъѣзда изъ Морлей-гоуза до прибытія къ лорду Дьюри, то есть въ продолженіи восьми часовъ. Покамѣстъ сѣдлали лошадей, онъ, какъ уже намъ извѣстно, распрашивалъ крестьянина, слышавшаго въ лѣсу выстрѣлы; онъ убѣдился, что случай этотъ, по всей вѣроятности, не состоитъ въ связи съ отсутствіемъ де Во. Выстрѣлы были сдѣланы совсѣмъ не въ той сторонѣ, куда, какъ можно было предполагать, ушелъ де Во; самъ крестьянинъ говорилъ, что, по его мнѣнію, это стрѣляли браконьеры, и что онъ слышалъ выстрѣлы и въ предъидущую ночь.
Убѣжденный, что де Во отправился на гору къ цыганамъ, Маннерсъ рѣшился ѣхать прямо туда, не теряя времени на обыскъ лѣса, гдѣ сдѣланы были выстрѣлы. Это намѣреніе еще болѣе утвердилъ въ немъ краткій разговоръ съ садовникомъ, котораго онъ встрѣтилъ при выѣздѣ изъ воротъ.
Увидѣвши его, Маннерсъ остановилъ лошадь и спросилъ:
-- Скажи, пожалуйста, не замѣтилъ ли ты сегодня по-утру въ саду слѣдовъ, идущихъ къ калиткѣ, по направленію къ Морлей-доуну?
-- Нѣтъ, отвѣчалъ садовникъ: -- только ключъ отъ калитки оказался въ замкѣ снаружи, такъ-что въ садъ можно было войти кому угодно. Впрочемъ, все цѣло. А что, вы слышали развѣ, что кто-нибудь ночью входилъ?
-- Нѣтъ, отвѣчалъ Маннерсъ и пришпорилъ лошадь, спѣша поскорѣе отъискать цыганъ.-- Полковникъ Маннерсъ былъ не тотъ человѣкъ, чтобы останавливаться надъ вопросомъ, какія дѣла могутъ быть у Эдварда де Во съ главою шайки мошенниковъ, и потерять драгоцѣнное время. Продолжая ѣхать, онъ удивлялся, однако же, странному сближенію лицъ и дѣлалъ разныя предположенія, стараясь объяснить себѣ обстоятельства, значеніе которыхъ уже извѣстно читателю. Подымаясь на гору, онъ безпрестанно шпорилъ свою лошадь, что дѣлалъ только въ случаяхъ крайней необходимости. Лошадь пыхтѣла; но Маннерсъ, опасаясь, не слишкомъ ли уже много потерялъ онъ времени, не давалъ ей отдыха и говорилъ ей мысленно: "за стаей собакъ ты летѣла бы безъ принужденія, а теперь дѣло поважнѣе."
Утреннее солнце согнало съ почвы легкій морозъ. Дорога, по которой ѣхалъ Маннерсъ, была тяжела. На горизонтѣ поднимался легкій туманъ, обѣщавшій дождь. Маннерсъ спѣшилъ, не потому, чтобы боялся дождя, но потому, что долго прослужилъ среди племенъ, умѣющихъ итти за врагомъ по едва примѣтнымъ слѣдамъ на росистой травѣ или песку; Маннерсъ зналъ, что сильный дождь уничтожаетъ всякую надежду преслѣдователей.
Наконецъ онъ достигъ плоскости на вершинѣ горы; указывая на могильный холмъ, онъ сказалъ своимъ спутникамъ:
-- Вильямъ! въѣзжай на этотъ холмъ и осмотри хорошенько всю окрестность. Если увидишь, что кто-нибудь бродитъ по равнинѣ или выглядываетъ, подай мнѣ тотчасъ знакъ. Если я кликну, скачи ко мнѣ.-- Ты поѣдешь со мной, сказалъ онѣ своему слугѣ.