-- Гдѣ Маріанна? спросилъ, вошедши, Эдвардъ, можетъ быть не совсѣмъ недовольный тѣмъ, что не засталъ ея вмѣстѣ съ другими: -- а гдѣ Маріанна? не знаете ли вы, Изидора?
-- Я оставила ее за рисункомъ въ маленькомъ салонѣ на томъ концѣ дома, отвѣчала Изидора: -- но съ тѣхъ поръ прошло уже около часа, Эдвардъ, и если она ждала, что какой-нибудь веселый рыцарь или странствующій трубадуръ придать развеселитъ ее своей gaie science или своимъ bien dire, то, вѣрно, уже потеряла надежду и оставила свое уединеніе.
Де Во горько улыбнулся, вспомнивши, какъ невесело провелъ онъ этотъ часъ. Онъ вышелъ изъ комнаты и отправился по коридорамъ, которые такъ часто пробѣгалъ въ веселомъ настроеніи духа спѣша съ какой-нибудь пріятной вѣстью именно къ той, къ которой шелъ теперь съ тяжелымъ, разтерзаннымъ сердцемъ. Маріанна была еще тамъ и, хотя, можетъ быть, и думала, что де Во могъ бы притти къ ней и раньше, однако же приняла его, какъ умная дѣвушка, съ такою привѣтливою улыбкой, что, казалось, въ душѣ ея нѣтъ и тѣни упрека. И она осталась очень довольна тѣмъ, что поступила такимъ образомъ: отъ нея не скрылось печальное выраженіе лица Эдварда, и она поняла, что на какое бы занятіе ни промѣнялъ онъ въ этотъ часъ ея бесѣду, оно не было для него весело и пріятно.
-- Посмотрите на этотъ рисунокъ, Эдвардъ, сказала она, когда онъ вошелъ:-- какъ вамъ кажется; грустенъ ли этотъ пустынникъ на горѣ?
-- Меньше, нежели я, душа моя, отвѣчалъ Эдвардъ, глядя черезъ ея плечо, но не видя ни одной черточки на бумагѣ.
-- Что же такое? отчего вы такъ печальны? спросила она и оглянулась прочесть отвѣтъ у него на лицѣ, прежде нежели онъ произнесетъ его устами. Я больше нежели кто-нибудь имѣю права спрашивать васъ о причинѣ вашей грусти.
-- Конечно, Маріанна, конечно, отвѣчалъ де Во; -- я собственно затѣмъ и пришелъ чтобы подѣлиться съ вами горемъ, хоть это для меня и тяжело; пойдемте, сядемъ на софу къ окну; я разскажу вамъ все.
Онъ взялъ ее за руку и подвелъ къ окну, выходившему въ паркъ. Какъ ни кажется это странно, а между тѣмъ дѣйствительно въ иномъ положеніи легче бываетъ сообщить непріятное извѣстіе, нежели въ другомъ.
Маріанна испугалась и встревожилась. Но она никогда не выказывала своего волненія, если могла его скрыть, и теперь желала какъ можно скорѣе узнать, въ чемъ дѣло.
-- Что-нибудь да случилось, и очень недавно, сказала она: потому-что еще по-утру на прогулкѣ вы были очень веселы. Можетъ бытъ какія-нибудь непріятныя вѣсти отъ отца?