Это воззваніе показалось Лаурѣ такимъ нелѣпымъ, что она отвѣчала на него только смѣхомъ, выразившимъ то, что она думаетъ.
-- Умри для нихъ... это будетъ лучше!
Лаура поглядѣла на нее при этомъ съ холодной серьезностью.
-- Не становись между мной и моими дѣтьми! И, ради Бога, перестань меня мучить!
Лаура отвернулась; она говорила себѣ, что когда женщина такъ удивительно глупа, то, разумѣется, ничто не отстранитъ бѣды. Она чувствовала себя несчастной и безпомощной и практически получила ту увѣренность, которой боялась и жаждала.
-- Не знаю, что сталось съ твоимъ умомъ!-- пробормотала она и пошла къ двери.
Но не успѣла она дойти до нея, Селина бросилась къ ней въ припадкѣ страннаго, но -- Лаура чувствовала это -- далеко не надежнаго раскаянія. Руки ея цѣплялись за Лауру; она обнимала ее, обливая слезами, которыя снова потекли. Она умоляла сестру спасти ее, остаться съ нею, помочь ей устоять передъ собою, передъ нимъ, передъ Ліонелемъ, передъ всѣми, простить ей ужасныя вещи, которыя она говорила.
М-съ Беррингтонъ растаяла, расплылась и наводнила комнату своимъ раскаяніемъ, отчаяніемъ, своими признаніями, обѣщаніями и различными частями своего одѣянія, которыя отлетали отъ нея въ вихрѣ ея волненія. Лаура оставалась съ нею около часа, и прежде, нежели онѣ разстались, преступная женщина обязалась страшной клятвой -- стоя на колѣняхъ передъ сестрой и положивъ голову на ея колѣни -- никогда больше, пока жива, не видѣться съ капитаномъ Криспиномъ и ни слова не говорить ему, ни письменно, ни устно. Дѣвушка легла спать страшно утомленная.
Мѣсяцъ спустя она завтракала у лэди Давенантъ, съ которой не видѣлась съ того самаго дня, какъ приводила къ ней м-ра Уэндовера. Старуха пригласила къ себѣ въ этотъ день нѣсколько человѣкъ гостей и обратилась къ Лаурѣ за содѣйствіемъ. Лаура должна была помогать ей занимать ихъ. Лэди Давенантъ освободила себя, во вниманіе къ преклоннымъ годамъ, отъ бремени гостепріимства; но время отъ времени приглашала гостей, чтобы доказать, что она не слишкомъ стара. Лаура подозрѣвала, что она нарочно въ такихъ случаяхъ выбирала самыхъ глупыхъ изъ своихъ знакомыхъ, чтобы доказать, что она можетъ вынести не только необыденное,-- что гораздо легче,-- но и самую банальную пошлость. Но, накормивъ ихъ какъ слѣдуетъ, она поощряла ихъ къ отъѣзду, и въ настоящемъ случаѣ, когда гости стали разъѣзжаться, она только Лауру попросила остаться. Она желала знать, во-первыхъ, почему она такъ давно у нея не была, а во-вторыхъ, какъ ведетъ себя молодой человѣкъ, тотъ, котораго она приводила къ ней въ одно изъ воскресеній. Лэди Давенантъ не помнила его имени, хотя онъ былъ такъ добръ, что послѣ того завезъ свою карточку. Если онъ велъ себя какъ слѣдуетъ, то это объясняетъ отсутствіе Лауры, и ей нечего пріискивать другихъ причинъ. Сама Лаура вела бы себя не какъ слѣдуетъ, еслибы въ такое время бѣгала за старухами.
Не было вообще разговора болѣе несноснаго для молодой дѣвушки, какъ то, когда о ней толковали какъ о невѣстѣ. Но лэди Давенантъ она прощала это потому, что такая пошлая женщина пользовалась особыми преимуществами.