Она зашла въ этой забывчивости еще дальше.
-- О! если и ты тоже влюбленъ въ нее!-- пробормотала она, отворачиваясь отъ него.
Онъ ничего не отвѣтилъ на его, и слова ея нисколько его не задѣли. Но, чтобы покончить съ этой исторіей, онъ спросилъ; чего же въ сущности отъ него хочетъ леди Дименъ? Неужели она желаетъ, чтобы онъ пошелъ и сталъ бы сообщать всѣмъ прохожимъ, что было такое время, когда даже сестра м-съ Гедвей не знала, за кѣмъ именно она замужемъ?
Миссисъ Дольфинъ вмѣсто отвѣта на этотъ вопросъ прочитала ему письмо леди Дименъ, а ея брать объявилъ, что это самое необыкновенное письмо, какое только ему приходилось читать въ жизни.
-- Оно очень грустно; я просто въ отчаяніи,-- замѣтила миссисъ Дольфинъ.-- Она хочетъ въ сущности письмомъ сказать что желаетъ, чтобы ты пріѣхалъ къ ней. Она не прямо это высказываетъ, но я читаю это между строкъ. Кромѣ того, она говорила мнѣ, что отдала бы все на свѣтѣ, чтобы повидаться съ тобой. Позволь мнѣ тебѣ замѣтить, что ты долженъ въ ней поѣхать.
-- Чтобы выругать Нанси Бекъ?
-- Ступай и расхвали ее, если хочешь!
Слова миссисъ Дольфинъ были, быть можетъ, и умны, но ея брата не такъ-то легко было уломать. Онъ не считалъ, чтобы долгъ обязывалъ его къ визиту и отказался ѣхать къ миледи.
-- Ну, когда такъ, то она сама пріѣдетъ въ тебѣ,-- сказала миссисъ Дольфинъ рѣшительно.
-- Если она пріѣдетъ, я скажу ей, что Нанси ангелъ.