Иисус Навин прошептал ему на ухо несколько предостерегающих слов и снова напомнил об обязанностях по отношению к своему народу. Но юноша попросил оставить его в покое; однако же вслед за тем он толкнул своего спутника и тихо спросил:
-- Что они замышляют насчет князя Сиптаха?
-- Не знаю, но, наверное, ничего хорошего.
-- А где Аарсу, сириец, командующий азиатскими наемниками, твой враг, который сторожил нас с таким злобным рвением? Я не видел его в числе других.
-- Он остался со своими отрядами в Танисе.
-- Чтобы охранять дворец?
-- Да.
-- Значит, под его начальством много воинов, и фараон оказывает ему доверие?
-- Величайшее, которого он, однако же, едва ли заслуживает.
-- Ведь Аарсу сириец и, следовательно, нашей крови.