-- Ты нашел ласковый прием в этом дворце, -- продолжал Керавн, -- подобно моим отцам, которые управляли им несколько столетий, я тоже умею свято чтить законы гостеприимства.
-- Я изумлен древностью твоего рода и преклоняюсь перед твоим благонамеренным образом мыслей, -- отвечал в том же тоне Адриан. -- Что еще предстоит узнать нам от тебя?
-- Я пришел сюда не для того, чтобы рассказывать истории, -- отвечал Керавн, в котором поднялась желчь, так как ему показалось, что он заметил насмешливую улыбку на губах архитектора. -- Я пришел сюда не затем, чтобы рассказывать истории, а с жалобой на то, что ты, будучи ласково принятым гостем, так мало стараешься охранить своих хозяев от вреда.
-- Что это значит? -- спросил Адриан, причем встал со своего сиденья и мигнул Антиною, чтобы тот крепко держал собаку, так как Аргус обнаруживал особенную антипатию к Керавну. Видимо, он чувствовал, что тот явился не для того, чтобы оказать его хозяину какую-нибудь любезность.
-- Эта опасная, скалящая зубы собака принадлежит тебе? -- спросил смотритель.
-- Да.
-- Сегодня утром она сбила с ног мою дочь и разбила драгоценный кувшин, который та несла.
-- Я слышал об этом несчастье, -- отвечал Адриан, -- и много бы дал, чтобы его не случилось. За кувшин ты получишь богатое вознаграждение.
-- Прошу тебя, к злу, которое постигло нас по твоей вине, не присоединять еще оскорблений. Отец, дочь которого подверглась нападению и ранена...
-- Значит, Аргус все-таки укусил ее? -- вскричал Антиной в испуге.