-- О нет, я разбила все эти бюсты.
-- Это пошло им на пользу! -- с жаром вскричал Поллукс. Затем он повернулся к своему будущему произведению и сказал: -- Бедная глина, если прекрасная дама, сходство с которой я намерен сообщить тебе, не пожертвует хаосом своих кудрей, то, конечно, с тобой произойдет то же, что случилось с твоими пятью предшественниками.
При этом предсказании матрона проснулась и спросила:
-- Вы говорите о разбитых бюстах Бальбиллы?
-- Да, -- сказала поэтесса.
-- Может быть, и этот последует за ними, -- вздохнула Клавдия. -- Знаешь ли ты, -- продолжала она, обращаясь к Поллуксу, -- что предстоит ему в таком случае?
-- Ну?
-- Эта девушка разумеет кое-что в твоем искусстве.
-- Я научилась лепить кое-как у Аристея, -- прервала ее Бальбилла.
-- Ага, потому что это введено в моду императором, и в Риме кажется странным, если кто-нибудь не занимается ваянием.