-- Разве твой хозяин соглядатай цезаря? -- спросил Поллукс, недоверчиво глядя на юношу. -- Понтий уже делал мне подобное предостережение, и если это так...
-- Нет, нет, -- поспешно прервал его Антиной, -- но у них нет тайн друг от друга, а Венатор говорит много и не может ни о чем умолчать.
-- Благодарю тебя; я буду осторожен.
-- Постарайся. Я желаю тебе добра.
Вифинец протянул руку художнику с выражением теплого чувства в прекрасных чертах и с невыразимо грациозным жестом.
Ваятель пожал ее, но Дорида, глаза которой, точно очарованные, не отрывались от Антиноя, схватила сына за руку и вскричала, совершенно взволнованная зрелищем, которым она наслаждалась:
-- О красота! О, самими богами изваянная священная красота! Поллукс, мальчик, можно подумать, что это один из небожителей сошел на землю.
-- Какова моя старуха? -- засмеялся художник. -- Но, право, друг, она имеет основание восторгаться; и я восторгаюсь вместе с нею.
-- Не упускай его, не упускай его, -- сказала Дорида. -- Если он позволит тебе сделать его изображение, тогда у тебя будет что показать миру!
-- Желаешь? -- спросил Поллукс, прервав речь матери и обращаясь к Антиною.