-- Для пользы императора я заставлю ее ждать.
Софист Фаворин, разговаривавший в другой части залы с астрономом Птолемеем, грамматиком Аполлонием и философом-поэтом Панкратом, посмотрел им вслед и сказал:
-- Прекрасная пара. Один -- олицетворение всеми почитаемого Рима, властителя вселенной, а другой -- с наружностью Гермеса...*
______________
* Гермес -- вестник богов, изображался в виде сильного, стройного юноши с добродушным, умным и хитрым лицом.
-- Другой, -- перебил софиста грамматик строгим и негодующим тоном, -- другой -- образец наглости, сумасбродной роскоши и позорной испорченности столичного города. Этот беспутный любимец женщин...
-- Я не думаю защищать его манеру обхождения, -- перебил Фаворин звучным голосом и с таким изяществом греческого произношения, что оно очаровало даже самого грамматика. -- Его поведение, его образ жизни позорны, но ты должен согласиться со мною, что его личность запечатлена чарующей прелестью эллинской красоты, что хариты* облобызали его при рождении и что он, осуждаемый строгой моралью, заслуживает похвалы и венков со стороны приветливых поклонников прекрасного.
______________
* Хариты (у греков) -- богини изящества, соответствующие римским грациям.
-- Да, для художника, которому нужен натурщик, он находка.