-- Поклонись отъ меня госпожѣ Доридѣ!-- крикнулъ Адріанъ въ слѣдъ ваятелю.
-- Чудесный малый!-- прибавилъ онъ затѣмъ, обращаясь къ Тиціану и Понтію, когда Поллуксъ оставилъ залу.-- Мнѣ любопытно узнать, на что онъ способенъ, какъ художникъ.
-- Такъ послѣдуй за мною,-- отвѣчалъ Понтій и повелъ Адріана за перегородку.
-- Что ты скажешь объ этой Ураніи? Голова музы -- работы Паппія, тѣло же и одежды собственноручно вылѣплены Поллуксомъ и въ очень короткое время, только въ нѣсколько дней.
Царственный художникъ сталъ со скрещенными на груди руками напротивъ статуи и долго глядѣлъ на нее, храня молчаніе.
Потомъ онъ одобрительно закивалъ своей. бородатой головой.
-- Глубоко продуманное и удивительно смѣло и свободно исполненное произведеніе,-- сказалъ онъ серьезно.-- Какому-нибудь Фидію не пришлось бы постыдиться этого стянутаго на груди плаща. Все величественно, своеобразно и правдиво. Вѣроятно, молодой художникъ пользовался своей моделью здѣсь на Лохіи?
-- Я не видалъ никакой модели и полагаю, что вся эта фигура создана имъ изъ головы,-- возразилъ Понтій.
-- Это невозможно, совершенно невозможно!-- воскликнулъ императоръ тономъ знатока, который увѣренъ въ томъ, что онъ говоритъ.-- Такія линіи, такія формы не въ состояніи былъ бы выдумать никакой Пракситель. Ихъ нужно было видѣть, лѣпить подъ свѣжими впечатлѣніями жизни. Мы его спросимъ объ этомъ. Для чего приготовлена эта новая глиняная масса?
-- Можетъ-быть для бюста какой-нибудь царицы изъ дона Лагидовъ. Завтра ты увидишь головку Вероники, работы нашего молодаго друга,-- головку, которая, какъ мнѣ кажется, принадлежитъ къ лучшему, что когда-либо было создано въ Александріи.