Архитекторъ подалъ въ эту минуту императору подносъ съ хлѣбомъ, солью и кубкомъ вина, который только-что принесъ ему рабъ.
-- Да это пища узниковъ, Понтій!-- воскликнулъ Поллуксъ, увидавъ это скудное угощеніе.-- Неужели у насъ не имѣется ничего болѣе въ домѣ?
-- Вѣроятно, ты сильно помогъ опустошить блюда, присланныя мною архитектору,-- замѣтилъ префектъ, грозя пальцемъ Поллуксу.
-- Ты омрачаешь сладкое воспоминаніе,-- вздохнулъ ваятель съ комическою горестью.-- Но, клянусь Геркулесомъ, я дѣйствительно не мало-таки потрудился въ общемъ дѣлѣ истребленія. Еслибы только... Стой! Мнѣ приходитъ въ голову мысль, достойная самого Аристотеля. Завтракъ, на который я приглашалъ тебя пожаловать завтра, благороднѣйшій Понтій, стоитъ уже совсѣмъ готовый у моей матери и можетъ быть разогрѣтъ въ нѣсколько минутъ. Не пугайся, господинъ,-- дѣло идетъ о капустѣ съ сосисками,-- о кушаньи, которое, какъ душа египтянина, въ состояніи возрожденія обладаетъ болѣе благородными качествами, чѣмъ при первомъ своемъ появленіи на свѣтъ.
-- Превосходно!-- воскликнулъ Адріанъ.-- Капуста съ сосисками!
Улыбаясь и облизываясь, онъ отеръ рукою свои полныя губы и потомъ громко расхохотался, услыхавъ радостное, искреннее "А!", вырвавшееся изъ устъ Антиноя, ближе подошедшаго, въ эту минуту, къ перегородкѣ.
-- Нёбо и желудокъ, видно, также способны наслаждаться заманчивыми картинами будущаго,-- замѣтилъ Адріанъ, указывая префекту на своего любимца.
Онъ однако истолковалъ не вѣрно радостное восклицаніе этого послѣдняго. Названіе простаго кушанья, которое мать его въ Виѳиніи часто подавала на столѣ своего неботатаго домика, напомнило Антиною родину и дѣтскіе годы и перенесло его въ близкую его сердцу среду. Быстрое, внезапное движеніе сердца, а не только пріятное раздраженіе нёба, заставило его вскрикнуть. Онъ радовался вмѣстѣ съ тѣмъ и просто родному кушанью и ни за что не промѣнялъ бы его на самое изысканное угощеніе.
Поллуксъ вышелъ изъ-за своей перегородки.
-- Черезъ четверть часа,-- сказалъ онъ,-- я возвращусь къ вамъ съ своимъ превращеннымъ въ ужинъ завтракомъ. Утолите только грубѣйшій голодъ хлѣбомъ съ солью, потому что кушанье, приготовляемое моей матушкой, д о лжно не только насыщать, но и доставлять спокойное и разумное наслажденіе.