Архитекторъ указалъ ему на рабочихъ, мостившихъ каменными плитами передній дворъ, сказалъ, что они наносятъ ему воды, сколько потребуется.
Было рано, солнце еще не всходило. Множество рабовъ лежали еще въ глубокомъ снѣ на своихъ цыновкахъ, другіе сидѣли вокругъ костра въ ожиданіи похлёбки, которую помѣшивали старикъ и мальчикъ деревянными весёлками.
Не желая тревожить ни тѣхъ, ни другихъ, Масторъ направился къ группѣ рабочихъ, которые, казалось, сперва разговаривали между собой, а теперь внимательно слушали что-то разсказывавшаго имъ старика.
Не до сказокъ было бѣдному малому. Жизнь его была испорчена и служба не занимала его какъ прежде.
Ему казалось, что сама судьба освобождала его отъ всѣхъ обязанностей, а несчастіе разрывало узы, привязывавшіе его къ службѣ кесарю и дѣлало его одинокимъ, оторваннымъ отъ всѣхъ.
Бѣдному рабу приходило даже на умъ собрать все золото, въ разное время подаренное ему императоромъ, бѣжать и прокутить все это въ какой-нибудь корчмѣ большаго города.
Что случится послѣ, не все ли ему равно.
Можетъ-быть его снова поймаютъ и засѣкутъ до смерти, но онъ уже и безъ того перенесъ много пинковъ и побоевъ до поступленія на службу къ кесарю. Разъ даже, по дорогѣ въ Римъ, его травили собаками. Лишатъ его жизни?-- Такъ что жь? Лишь бы покончить съ настоящимъ, а въ будущемъ развѣ не ожидало его что-нибудь кромѣ непосильнаго труда, горя и насмѣшекъ?
Приблизившись въ группѣ рабочихъ, которые съ жадностью прислушивались въ каждому слову разскащика, Масторъ рѣшился не прерывать ихъ пріятнаго занятія и дать старику кончить.
Свѣтъ отъ разведеннаго подъ котломъ костра падалъ на лицо говорившаго.