Селена стояла одѣтая вся въ бѣлое, съ покрываломъ на головѣ, какъ будто готовясь выходить. Меньшая сестра ея, сидя на краю стола, установленнаго старинными вещами, выкладывала ихъ теперь передъ финикійскимъ купцомъ, за которымъ наканунѣ заходилъ Керавнъ, и краснорѣчиво перечисляла достоинство каждой.
Къ несчастію, Тирамъ оцѣнивалъ ихъ не дороже, позорно выпровоженнаго вчера, Габинія.
Селена, заранѣе увѣренная въ неудачѣ, нетерпѣливо ждала, чтобъ они хотя на чемъ-нибудь порѣшили,-- подходило уже время, когда ей съ Арсиноей нужно было отправляться на папирусную фабрику.
На отказъ сестры сопровождать ее и просьбу рабыни хотя сегодня поберечь свою больную ногу она отвѣтила рѣшительнымъ: "Пойду!"
Появленіе юноши нѣсколько обезпокоило дѣвушекъ. Селена тотчасъ же узнала его, Арсиноя же нашла его красивымъ, но неловкимъ.
Отвѣтивъ на почтительный поклонъ купца, смотрѣвшаго на него взглядомъ полнымъ удивленья, онъ поклонился обѣимъ сестрамъ и, обращаясь къ Селенѣ, проговорилъ:
-- Мы слышали, что при паденіи ты сильно ушибла себѣ голову и ногу, и такъ какъ это случилось по нашей винѣ, то не позволишь ли ты намъ предложить тебѣ вотъ этотъ флаконъ, въ которомъ хорошее средство отъ ушибовъ.
-- Благодарю тебя,-- возразила дѣвушка,-- но мнѣ настолько лучше, что я, какъ видишь, собираюсь уже выйти.
-- Пережди еще сегодня,-- упрашивалъ Антиной.
-- Нѣтъ, мнѣ непремѣнно нужно идти,-- серьезно отвѣтила Селена.