Весело, любезно, съ граціей, какъ всегда, привѣтствовалъ онъ женщинъ. Потомъ онъ пытливо и не скрывая своего разочарованія обвелъ глазами обширный покой.
Бальбилла подошла къ нему.
-- Можно ли когда-нибудь разсчитывать на твою искренность, Веръ?-- тихо спросила она.
-- Если позволяютъ обстоятельства,-- да.
-- А на этотъ разъ они тебѣ это позволяютъ?
-- Отчего же и нѣтъ!
-- Такъ отвѣчай мнѣ откровенно: пожаловалъ ли ты сюда ради благородной Юліи, или ты пришелъ...
-- Ну?
-- Или ты ожидалъ, что застанешь у ней прекрасную Роксану?
-- Роксану?-- переспросилъ Веръ, серьезно взглянувъ на Бальбиллу, между тѣмъ какъ губы его лукаво улыбались.-- Роксану?... Вѣдь такъ звали, кажется, жену Александра Великаго, которая уже давно умерла, я же интересуюсь только живыми, и если я оторвался отъ веселаго праздничнаго движенія на улицѣ, то это единственно и исключительно потому...