-- Весталка!-- засмѣялся Веръ.-- Я накажу тебя, умолчавъ великую тайну, которая касается всѣхъ насъ. Нѣтъ, нѣтъ, я ее не выболтаю, но пожалуйста, жена, возьмись за нее хорошенько и научи ее снисходительности, чтобы будущему счастливому ея обладателю не пришлось уже слишкомъ тяжело.
-- Снисходительности женщинъ учить нечего,-- возразила Луцилла.-- Къ несчастію, намъ часто приходится бывать снисходительными, когда нечего больше дѣлать и милые грѣшники вынуждаютъ насъ прощать то то, то другое.
Веръ отвѣсилъ женѣ своей глубокій поклонъ и поцѣловалъ ея руку.
-- Гдѣ же Юлія?-- спросилъ онъ потомъ.
-- Она спасаетъ овечку отъ волка,-- пошутила Бальбилла.
-- Это ты какъ же прикажешь понимать?
-- Какъ только доложили о тебѣ, она тотчасъ же увела маленькую Роксану въ какое-то потаенное мѣсто.
-- Нѣтъ, нѣтъ,-- прервала поэтессу Луцилла.-- Во внутреннихъ покояхъ дожидаются портные, которые должны приготовить костюмъ для этого миленькаго ребенка. А вотъ взгляни-ка, какой очаровательный букетъ принесла она благородной Юліи. Что же, ты и мнѣ отказываешь въ правѣ услышать твою тайну?
-- Помилуй, скрыть что-нибудь отъ тебя? Могу ли я?...
-- Онъ, должно-быть, очень нуждается въ твоей снисходительности,-- смѣялась Бальбилла.