-- Развѣ одному римлянину дозволяется носить оружіе?
-- Нѣтъ, но съ моей стороны было бы непростительно снабжать оружіемъ друга, зная, что онъ намѣренъ употребить его противъ могущественнаго противника, который сотретъ его съ лица земли.
-- Господь воинствъ сильнѣе тысячъ легіоновъ.
-- Остерегись, дядя!-- снова воскликнулъ Бенъ-Іохаи.
Гамаліилъ бросилъ гнѣвный взглядъ на племянника, видимо готовясь говорить, но вдругъ задрожалъ и слова порицанія молодому человѣку замерли у него на устахъ.
Дикіе крики и гулъ сильныхъ ударовъ, направленныхъ на окованную мѣдью дверь дома, раздались въ залѣ и потрясли ея мраморные своды.
-- Они нападаютъ на мой домъ!-- вскричалъ Аполлодоръ.
-- Вотъ благодарность тѣхъ, для которыхъ ты нарушилъ вѣрность Богу отцовъ своихъ!-- глухо произнесъ старикъ.-- Услышь меня, Адонаи!-- воскликнулъ онъ затѣмъ, поднимая глаза и руки къ небу.-- Лѣта мои умножились и я созрѣлъ для могилы, но пощади сына брата моего и не допусти его до погибели.
Бенъ-Іохаи, также какъ и дядя, воздѣлъ руки; лицо его было блѣдно, черные глаза горѣли.
Молитва обоихъ раввиновъ была коротка, потому что опасность приближалась все болѣе и болѣе.