-- Изъ маленькихъ отростковъ выходятъ пальмы.
-- Но вѣдь я только бѣдная травка, прозябающая подъ твоей защитой. Гордый Римъ...
-- Римъ -- мой рабъ! Ему пришлось покоряться волѣ людей обыкновенныхъ и мнѣ бы хотѣлось ему показать, какъ пойдетъ пурпуръ къ прекраснѣйшему изъ его сыновей. Такого выбора свѣтъ можетъ ожидать отъ императора, котораго онъ уже давно знаетъ за художника, то-есть за жреца прекраснаго. Если такой выборъ не будетъ ему пріятенъ, то я силою заставлю его согласовать свой вкусъ съ моимъ!
-- Ты смѣешься надо мной, великій государь!-- воскликнулъ виѳинянинъ.-- Конечно, это не можетъ быть твоимъ серьезнымъ намѣреніемъ, и если правда, что ты меня любишь...
-- Что же тогда?
-- Тогда ты позволишь мнѣ жить въ тиши для тебя и заботиться о тебѣ, тогда ты не станешь требовать отъ меня ничего, кромѣ поклоненія, любви и вѣрности.
-- Ими я уже давно пользуюсь, но мнѣ хотѣлось бы наградить моего Антиноя за эти сокровища.
-- Позволь мнѣ только оставаться съ тобой, позволь мнѣ, въ случаѣ надобности, пожертвовать для тебя жизнью.
-- Мнѣ кажется, что ты былъ бы въ состояніи принести для меня ту жертву, о которой мы говорили.
-- Каждую минуту, безъ малѣйшаго колебанія.