-- Ихъ законъ воспрещаетъ имъ покланяться иному богу, кромѣ своего. Элія построена за пепелищѣ ихъ разрушеннаго Іерусалима, а статуи, о которыхъ ты говоришь, стоятъ на самыхъ священныхъ для нихъ мѣстахъ.
-- Намъ-то какое до этого дѣло?
-- Ты знаешь, что и Каю не удалось добиться того, чтобъ они поставили его изображеніе въ святилищѣ своего храма. Даже намѣстникъ Петроній долженъ былъ сознаться, что ихъ принудить -- значитъ уничтожить ихъ.
-- Такъ пусть же съ ними и будетъ то, чего они заслуживаютъ!... Пусть истребятъ ихъ!-- воскликнула Сабина.
-- Истребить.... ихъ?-- повторилъ префектъ.-- Истребить въ одной Александріи около половины гражданъ, т. е. нѣсколько сотъ тысячъ покорныхъ подданныхъ?...
-- Такъ много?-- спросила императрица, испугавшись.-- Вѣдь это ужасно! Могущественный Зевсъ! что если воя эта масса поднимется на насъ? Никто не говорилъ мнѣ объ этой опасности. Въ Киренаикѣ, на Саламинѣ и на Кипрѣ они умертвили десятки тысячъ своихъ согражданъ.
-- Ихъ довели до крайнихъ предѣловъ раздраженія... Притомъ же они были тамъ многочисленнѣе и сильнѣе своихъ притѣснителей.
-- Да и въ собственной-то изъ землѣ, говорятъ, вспыхиваетъ возстаніе за возстаніемъ.
-- Все изъ-за жертвоприношеній, о которыхъ мы съ тобой говорили.
-- Ну, теперь Тинній Руфъ легатомъ въ Палестинѣ. У него отвратительный, крикливый голосъ, но, если судить но его наружности, онъ не позволитъ съ собою шутить, и съумѣетъ укротить это опасное отродье.