-- Напротивъ! Алабархъ, ихъ богатый старѣйшина, предлагаетъ взять на себя всѣ расходы по устройству навмахіи, а единовѣрецъ его Артеміонъ...
-- Ну, такъ что же? Пусть отберутъ у нихъ деньги, пусть ихъ отберутъ!
-- Эллины чувствуютъ себя достаточно богатыми, чтобъ уплатить и безъ нихъ всѣ издержки, которыя достигнутъ многихъ милліоновъ сестерцій, и желаютъ, гдѣ только возможно, исключить іудеевъ изъ участія въ своихъ представленіяхъ и играхъ.
-- Они правы.
-- Позволь мнѣ спросить тебя, справедливо ли препятствовать половинѣ александрійцевъ чествовать своего императора?
-- Безъ этого чествованія Адріанъ обойдется съ радостью. Прозванія: африканскій, германскій, дакійскій служили почестью для нашихъ побѣдителей, но Титъ, не захотѣлъ однако называться іудейскимъ послѣ того, какъ разрушилъ Іерусалимъ.
-- Его страшило воспоминаніе о тѣхъ потокахъ крови, которые пришлось пролить, чтобы сломить неслыханно-упорное сопротивленіе этого народа. Пядь за пядью, камень за камнемъ пришлось отвоевывать у побѣжденныхъ, прежде чѣмъ они рѣшились покориться,
-- Ты снова начинаешь поэтизировать!... Или, быть-можетъ, эти люди выбрали тебя своимъ адвокатомъ?
-- Я знаю ихъ и стараюсь, чтобъ имъ, какъ и всѣмъ гражданинъ этой страны, оказывалась справедливость. Они платятъ столько же податей, какъ и другіе александрійцы, даже болѣе, потому что между ними есть очень богатые люди. Они съ честью отличаются въ торговлѣ, въ ремеслахъ, въ наукахъ и искусствахъ, и потому я считаю долгомъ прилагать къ нимъ ту же самую мѣрку, какъ и къ остальнымъ жителямъ этого города. Что же касается ихъ суевѣрія, то оно тревожитъ меня такъ же мало, какъ и суевѣріе египтянъ.
-- Но вѣдь оно превышаетъ, однако, всякую мѣру! Въ Эліи-Капитолинѣ, которую Адріанъ украсилъ множествомъ зданій, они отказались приносить жертвы передъ статуями Юпитера и Геры. Это значитъ, что они считаютъ недостойнымъ покланяться мнѣ и моему супругу.