-- Ну, такъ прощай.
-- Прощай! Мы увидимся такъ скоро, какъ только позволятъ боги и императоръ.
-----
Когда префектъ прибылъ къ мѣсту своего назначенія, на морѣ не было видно корабля съ серебряною звѣздою на носу.
Солнце медленно зашло, но судно съ тремя красными фонарями все еще не показывалось на горизонтѣ.
Тиціанъ зашелъ отдохнуть въ домикъ смотрителя гавани и сообщилъ ему, что выѣхалъ встрѣтить ожидаемаго изъ Рима знаменитаго архитектора, который долженъ помочь Понтію своими совѣтами при работахъ на Лохіи. Хозяинъ нашелъ честь, оказываемую префектомъ чужестранному художнику, вполнѣ понятной,-- весь городъ уже зналъ, съ какой неслыханною поспѣшностью и съ какими страшными затратами отдѣлывается для пріема кесаря старый Птолемеевскій дворецъ.
Ожидая появленія корабля, префектъ размышлялъ о молодомъ ваятелѣ Поллуксѣ, съ которымъ онъ недавно познакомился, и объ его матери въ уютномъ, миловидномъ домикѣ привратника.
Съ свойственнымъ ему добродушіемъ онъ немедленно отправилъ одного изъ своихъ ликторовъ къ старой Доридѣ и велѣлъ просить ее подождать ложиться на покой, потому что онъ, префектъ, прибудетъ на Лохію только поздно вечеромъ или можетъ-быть ночью.
-- Скажи этой старушкѣ,-- конечно отъ себя, а не отъ меня,-- приказывалъ Тиціанъ,-- что я можетъ-быть зайду и къ ней. Пусть она уберетъ свою комнатку и получше ее освѣтитъ.
На Лохіи никто и не подозрѣвалъ, какая честь предстояла старинному дворцу.