-- А если Георгий присоединит свои просьбы к моим?
-- Мое намерение останется неизменным.
Нефорис снова взяла руку дамаскинки, стараясь разубедить девушку, но все было напрасно.
-- Где же ты найдешь так скоро приличное пристанище для себя? -- воскликнула жена мукаукаса.
-- Предоставь мне позаботиться об этом! -- вмешался Филипп. -- Поверь мне, благородная женщина, для всех вас будет лучше, когда Паула уйдет отсюда. Но я советую ей остаться на первое время в Мемфисе.
-- Она не должна покидать нашего дома! -- возразила тетка. -- Может быть, Господь смягчит твое сердце, Паула; ты пожалеешь бедного старика, и мы начнем новую, лучшую жизнь.
Девушка только отрицательно покачала головой, но Нефорис не видела этого. До ее слуха донесся в третий раз металлический звон из нижних комнат, и она поспешила к мужу.
После ее ухода дамаскинка вздохнула с облегчением.
-- Боже мой, Боже мой, как мне было трудно сдержать себя! -- воскликнула она. -- Почему я не могла отплатить этой женщине за все обиды, рассказав ей о бесчестных поступках сына!... Но нет, я неспособна на предательство, хотя один вид Нефорис порой выводит меня из себя. Теперь у меня легко на сердце, когда порвались все связи между мной и не только здешним домом, но даже Мемфисом.
-- Мемфисом? -- переспросил врач.