-- Ты полагаешь, -- прервал ее речь бойкий старик, -- что мной руководит в этом случае не только чувство сострадания? Ты совершенно права. С самого детства меня особенно занимало строение скелета у людей и животных, и, как собиратель оленьих и козьих рогов, составив полную коллекцию, начинает собирать рога с болезненными искривлениями и наростами, так же и я хочу изучить все разновидности увечий и повреждений костей у животных и людей.
-- И ты отлично правишь их, -- прибавил врач. -- Руфинус с детства пристрастился к искусству костоправа, -- заметил он, обращаясь к Пауле.
-- Особенно с тех пор как я сам сломал себе бедро и мне пришлось испытать на собственном опыте, как это мучительно, -- перебил хозяин. -- С помощью Филиппа я сделался мало-помалу настоящим хирургом и притом служу Эскулапу совершенно бескорыстно. Кроме того, мной руководят в этом и другие соображения: невольник-калека стоит дешевле, а между тем он доставляет мне материал для интересных наблюдений. Но, конечно, подобные вопросы не занимают молодых девушек.
-- О нет, напротив! -- воскликнула Паула. -- Я с удовольствием слушаю рассказы Филиппа из естественной истории.
-- Это иное дело! -- прервал со смехом Руфинус. -- Но он считает глупостью мои опыты и соглашается только с тем, что хирург и наблюдатель не может найти более добрых, услужливых и интересных домочадцев, чем мои калеки.
-- Они благодарны тебе! -- воскликнула Паула.
-- Благодарны? -- переспросил старик. -- Это иногда бывает. Но никакой благоразумный человек не будет рассчитывать на людскую признательность. Однако оставим этот разговор, он надоедает Филиппу.
-- Нет, нет! -- просила Паула, протягивая руки с умоляющим видом.
-- Тебе нельзя решительно ни в чем отказать! -- весело воскликнул Руфинус. -- Ну хорошо, я буду краток, а ты будь внимательна. Во-первых, человек есть мерило всему. Понимаешь ли ты это?
-- Конечно. Ты хочешь сказать, что значение вещей зависит от нашего понимания?