В эту минуту дверь первой комнаты быстро отворилась, и на пороге залы показался Орион. Филипп и Паула только что кончили завтракать. Юноша с недоумением посмотрел на обоих и заметил мрачным тоном:
-- Я вижу, что помешал.
-- Нисколько, -- возразил врач.
Орион понял, как некстати была здесь вспышка ревности с его стороны.
-- Жаль, что никто не присутствовал на вашем симпозиуме! -- сказал он.
-- Мы были довольны своей беседой и вдвоем, -- возразил врач.
-- Вполне уверен, -- отвечал со смехом юноша. -- Однако, господа, к вашему великому сожалению, мне действительно приходится помешать вам. Здесь идет дело об очень важных вещах, -- прибавил молодой человек, оставив шутливый тон, который ему было трудно выдерживать. -- Я говорю о твоем вольноотпущеннике, моя прелестная неприятельница.
-- Разве Гирам вернулся? -- спросила Паула, бледнея.
-- Его арестовали и привели, -- отвечал Орион. -- Отец приказал созвать судей... Правосудие у нас совершается быстро. Мне очень жаль конюшего, но я не могу помешать здесь ничему. Прошу тебя не уклоняться от судейского допроса.
-- Я расскажу всю правду, -- решительно и строго отвечала Паула.