-- Ваш глава, сын мукаукаса, знает, как мне легко обратиться из обвиняемой в обвинительницу. Однако я не хочу воспользоваться этим правом из любви к его отцу, потому что не способна обмануть чужого доверия. Ориону понятен смысл моих слов! Смарагд, лежащий перед вами, был вынут из оправы вчера вечером в моем присутствии вольноотпущенником Гирамом, но, кроме нас двоих, ожерелье в этом виде рассматривали еще другие свидетели. Не далее, как сегодня в полдень, на моем уборе оставалась еще пустая оправа, и только позднее рука мошенника заменила ее резным камнем. Клянусь ранами Иисуса Христа, я в первый раз вижу эту подвеску! Она стоит громадных денег. Только богатый человек, самый богатый из всех вас, мог пожертвовать без сожаления таким сокровищем даже для того, чтобы погубить заклятого врага. Гамалиил, -- прибавила дамаскинка, обращаясь к ювелиру, -- во сколько ты ценишь этот оникс?
Еврей попросил показать ему камею еще раз. Повертев ее в руках, он отвечал, ухмыляясь:
-- Да, прекрасная девушка, если бы моя черная курица несла вместо яиц такие штучки, я охотно кормил бы ее арсинойскими пирожками и жирными канопийскими устрицами. За этот камешек можно купить великолепное имение с землей, с хорошим домом и угодьями. Сам я не богат, но сейчас готов отдать за него два таланта, хотя бы мне пришлось попросить их взаймы у добрых людей!
Слова Гамалиила сильно подействовали на всех.
-- У нас в доме решительно происходят невероятные чудеса! -- воскликнул Орион. -- Благородство, ставшее такой редкостью в наши дни, по-видимому, воскресло на белом свете.
Какой-то расточительный демон обратил в драгоценную камею измятую пластинку золота. Позволь спросить, кто видел пустую оправу на твоем ожерелье, прекрасная Паула?
Девушка чуть не изменила себе при такой дерзости и ответила дрожащим от гнева голосом:
-- Конечно, твой помощник или ты сам, потому что ты, ты один имеешь причину...
-- Это уж слишком! -- грозно прервал ее Орион. -- О если бы ты была мужчиной! Я убедился, как далеко простирается твое благородство! Даже ненависть и неумолимая вражда...
-- Они имеют право погубить тебя вконец! -- воскликнула Паула, вне себя от волнения. -- И если я обвиню тебя в отвратительном преступлении...