- Да, и все-таки я введу Клеа, сестру Ирены, как законную жену в дом моего отца.
- Ты это сделаешь! - вскричал Лисий, вскочил со скамьи и бросился на грудь римлянину, несмотря на то что несколько египтян проходили мимо них по улице. - Значит, все просто отлично. Ах, как это облегчает мою душу! Значит, Ирена будет моей женой? Как прекрасна жизнь! О Эрос, Афродита, отец Зевс и Аполлон, как я счастлив! Точно с моей души скатилась одна из самых больших пирамид! Теперь, лентяй, иди туда и снеси прекрасной Ирене, невесте верного Лисия... понимаешь ты, что я говорю? Снеси сейчас эту доску и этот браслет. Нет, ты перепутаешь. Я напишу сам над моим двустишием: верный Лисий прекрасной Ирене, своей будущей супруге. Так, теперь, я думаю, она не пришлет обратно. Славная девушка! Слушай, повеса, если это она оставит у себя, то сегодня на празднике можешь есть пирожки, пока не лопнешь, хотя я за тебя только что заплатил пять золотых. Публий, возьмет она браслет или нет?
- Конечно, возьмет.
Через несколько минут поспешно прибежал мальчик и, схватив порывисто за хитон коринфянина, закричал:
- Иди со мной, иди в дом!
Лисий ловким грациозным прыжком перескочил через мальчика, рванул дверь и открыл объятия, увидев Ирену, которая быстро сбегала по лестнице и, смеясь и плача, бросилась к нему на грудь.
Его губы коснулись ее уст, но после первого поцелуя девушка вырвалась, помчалась опять по лестнице и с верхней ступеньки торжествующе закричала ему:
- Больше нельзя! До свидания, пока приедет Клеа! - и исчезла в верхнем этаже.
Опьяненный юноша вернулся к своему другу, опустился на скамью и сказал:
- Теперь небеса могут обрушиться, и меня это нимало не огорчит! Вечные боги, как прекрасен мир!