- В больших торжественных процессиях при Птолемее Филадельфе, описания которых, составленные очевидцами, дал мне прочесть вчера Калликсен Агатархид[45], были представляемы народу различные события из жизни богов. Останемся и мы в этом великолепном дворце и изобразим сами красивые группы по образцу тех, которые древние художники написали или изваяли, нужно только выбрать что-нибудь менее знакомое.
- Чудесно! - с оживлением вскричала царица. - На кого больше походит мой могучий брат, как не на Геракла[46], сына Алкмены, как его изваял Лисипп[47]. Поставим жизнь Геракла по лучшим образцам, и роль героя везде будет предоставлена Эвергету.
- Я принимаю, - согласился юный царь, ощупывая свои мускулы на груди и на руках. - И мое согласие вы должны считать за честь, потому что победителю гидры часто не хватало должной рассудительности, и Лисипп, не без намерения, изваял его с маленькой головой на мощном туловище. Но ведь говорить я ничего не буду?
- Если я буду изображать Омфалу[48], сядешь ты у моих ног? - спросила брата Клеопатра.
- Кто же не сядет с восторгом у таких ножек? - отвечал Эвергет. - Не выберем ли мы еще что-нибудь другое, не совсем обыкновенное, как советует и Лисий?
- Конечно, есть известные вещи как для зрения, так и для слуха, - заметила сестра, - но только признанная красота всегда самая красивая.
- Позвольте мне, - заговорил Лисий, - указать вам на одну мраморную группу чудесной красоты и работы; едва ли кто здесь ее знает. Эта группа находится у источника моего родительского дома и много столетий тому назад сделана одним великим художником из Пелопоннеса. Публий был в восторге от этого произведения, и, судя по единодушным отзывам, она превосходна. Она изображает бракосочетание Геракла с Гебой. Богоравный герой сочетается браком с вечной юностью; по содержанию группа очень занимательна. Желаешь ты, мой царь, чтобы Афина Паллада и Алкмена[49] вели тебя на бракосочетание с Гебой?
- Почему же нет? - сказал Эвергет. - Только Геба должна быть красива. Но одно меня заботит, как мы добудем группу из твоего родительского дома до завтра или послезавтра? На память, без оригинала, такую группу трудно изобразить, и если рассказывают, что статуя Сераписа прилетела из Синопа в Александрию, и если в Мемфисе найдутся волшебники...
- Мы в них не нуждаемся, - перебил Публий царя, - когда я гостил в доме родителей моего друга, который, к слову сказать, великолепнее старого царского дворца в Сардах[50], я велел вырезать камеи с изображением этого произведения для свадебного подарка моей сестре. Они очень удачны и теперь лежат в моем шатре.
- У тебя есть сестра? - спросила царица, наклоняясь к римлянину. - Ты должен мне про нее рассказать.