XXII
Пробиться сквозь середину укрепленной линии Этама и, таким образом, ближайшим путем добраться до Палестины по направлению к северо-востоку, было найдено невозможным; но также и второй план Моисея, -- провести народ чрез укрепления южной стороны, также оказался опасным, так как тамошние египетские войска получили значительные подкрепления. Тогда толпа приступила к Моисею с просьбами и даже с угрозами: все требовали лучше вернуться назад и положиться на милость фараона, чем погибнуть здесь, в пустыне от египетского войска.
Потребовалось несколько дней, пока успокоили волнение умов; а между тем опять пришло известие, что фараон собрал войско и идет на евреев; тут народ совершенно растерялся. Моисей пустил в ход всю свою Энергию, Аарон -- увлекательное красноречие, а Нун -- свой здравый ум, лишь бы воодушевить малодушных; но страх за свою безопасность и за жизнь близких отнял у них всякое благоразумие; народ, даже без спроса Моисея, посылал разведчиков, а последние, возвращаясь в стан, только еще более волновали народ, рассказывая, что фараон, собрав несметное войско, приказал не щадить ни одного еврея.
При таких условиях народ расположился станом между Пигагирофом и горою Цефон и тут вожди евреев надеялись успокоить умы. Действительно, в виду неминуемой опасности, они опять обратились к Богу, зная хорошо, что никакая человеческая сила не может их спасти. В последнюю ночь Моисей поднялся на вершину горы и горячо молился.
В тот же вечер и Мирьям сделалась женою Гура; она под высокой пальмой, стоявшей на берегу моря, также усердно молилась за народ, за Иисуса Навина и за Ефрема; ей было известно, что оба последние томились в заключении. В ту ночь, действительно, многие не ложились спать и молились; все искали утешения только в Боге, все надеялись только на Него одного.
На следующее утро поднялся сильный ветер, осушивший морское дно.
Тогда народ собственными глазами убедился, что Бог отцов их совершил для них чудо и все отчаявшиеся стали надеяться и уповать на Всевышнего.
Не только колено Ефремово, но и другие колена, даже чужестранцы, присоединившиеся к евреям убедились в необходимости пуститься как можно скорее в дальнейший путь и первый раз народ собирался без споров, крика и жалоб.
После захождения солнца Моисей выступил впереди полчищ с высоко поднятым жезлом, а рядом с ним шел Аарон, творя молитву и направляясь к морской бухте.
Ветер все еще дул с прежнею силою и раздувал пламя факелов, которые несли перед каждым племенем.