- Ну, например, когда мне приходится видеть, что какого-нибудь гордеца встречают так, как будто бы он был сама справедливость...
- Тогда вас это сильно раздражает?
- Раздражает? Нет! Тогда я становлюсь бешеным, как тигр, а я этого не должен допускать, не должен! Роланд, мой предшественник...
- Мейстер, мейстер, ваши усы уже начинают подергиваться.
- Что могут вообразить себе глипперы, когда их высокоблагородные плащи...
- Хозяин собственноручно отодвинул и мой, и ваш от огня.
- Еще бы! Но эта низкопоклонная обезьяна поступила так для того, чтобы оказать честь этому испанскому угоднику. Это-то меня и рассердило. Такое невозможно стерпеть!
- Да вы и без того не сдержали своего гнева. Я могу только удивляться, как терпеливо отнесся к вашей брани дворянин.
- Вот в том-то и дело, - оживился учитель фехтования, и усы его начали дрожать с поразительной силой. - Это-то и вывело меня из себя, потому-то я и перестал владеть собой. Это... это... Роланд, мой патрон!
- Я вас не понимаю, мейстер!