Много лет спустя мне снова пришлось встретиться со своим прежним попутчиком и опять-таки в Швейцарии. Он мне назвал себя, иначе я едва ли бы узнал его. Цветущий, пышущий здоровьем и жизнерадостностью, коммерции советник страшно изменился. Постарев, осунулся, даже сгорбился, как мне показалось. Да, в его поникшей фигуре было что-то новое, чужое, что-то сильное, могучее, производившее на меня странное, почти жуткое впечатление.
Он был один. Я спросил о жене его.
-- Ушла вперед, -- возразил он, но, заметив мое недоумение, пояснил: -- Опередила меня, ушла вперед меня, как всегда и во всем. Другими словами -- умерла!
На уста мои просились слова искреннего участия, но он тихим, спокойным жестом отклонил их, прибавив:
-- Она родилась для высшей жизни, следовало бы сказать.
-- Она не верила в возрождение! -- заметил я нерешительно и в тоне вопроса.
-- Она -- нет! Для нее смерть была концом всего, а мелкие понятия о возмездии, о наказании она осмеивала. Она жила, как святая, по душевной необходимости -- это было свойство ее натуры. Теперь ее не стало, и думала она о вечной разлуке или не думала -- но она все-таки еще здесь. По словам писания: "любовь никогда не иссякает", она здесь, она окружает меня, я ежечасно переживаю это чудо. Откровение это нашло на меня впервые, когда она еще лежала на смертном одре. Глаза ее уже начали мутиться, прекрасное лицо исказилось ужасным, сардоническим смехом... Тогда я наклонился и запечатлел на устах ее долгий-долгий поцелуй. Когда я поднял голову и снова посмотрел на нее, уста ее озарились кроткой, блаженной улыбкой. Той же самой улыбкой, которая так очаровательно ласкала их, когда я, будучи робким женихом, влюбленным, -- поцеловал ее впервые... Когда она лежала в гробу и я долго и набожно смотрел на нее, чтобы навеки и неизгладимо запечатлеть в памяти дорогие черты ее, -- она вдруг оживилась!.. Я видел это, буду видеть всегда!.. По неподвижному, бледному, как мрамор, лицу скользнуло теплое дыхание...
В продолжение некоторого времени мы молча шли по дороге. Это была та же самая, где несколько лет тому назад произошла моя первая встреча с ним и с его женою.
Вдруг, как бы пробуждаясь от смутных сновидений, он снова начал:
-- Разлучены -- разлучены временно! Но разлука эта только кажущаяся. В действительности же мы соединены еще крепче, так как образуемой плотью границы больше не существует. Она во мне и вне меня -- она парящий передо мной дух. Я иду, ведомый ею. Оттуда, из светлых сфер, в существовании которых она сомневалась, еще будучи пристрастна к земному, она поднимет меня к себе, я стремлюсь к ней, иду за ней -- я еще стою у подошвы горы, но с каждым днем делаю шаг вперед -- ближе и ближе к ней.