-- Щедрое! да чортъ его возьми съ его щедростью! Я полагаю, члены Эректеума могутъ сами назначить пенсіонъ своему секретарю, прослужившему имъ пятнадцать лѣтъ, и не нуждаются въ помощи какого-то дерзкаго новичка.
-- Ваше благородное негодованіе очень трогательно, сказалъ Бургойнъ: -- но, Брандонъ, сколько времени вы членомъ нашего клуба? кажется, съ полгода?
-- Во всякомъ случаѣ, это было очень безтактно, замѣтилъ Грэторексъ:-- эти nouveaux riches всегда такъ поступаютъ. Человѣкъ, привыкшій всю свою жизнь быть богатымъ, поступалъ бы иначе.
-- Вы, напримѣръ, отвѣчалъ дерзко красавецъ.
-- Пожалуй, и я, сэръ Чарльсъ; хотя ваше замѣчаніе не совершенно кстати.
-- Какимъ образомъ Трефольдену досталось это состояніе? спросилъ Брандонъ: -- я слышалъ, что кто-то ему оставилъ его сто лѣтъ тому назадъ, и оно съ тѣхъ поръ росло и увеличивалось, но конечно, это только пустыя сказки.
-- Это дѣйствительно походитъ на сказку о спящей красавицѣ, замѣтилъ Бургойнъ.
-- Я объ этомъ столько же знаю, сколько и вы, мистеръ Брандонъ, отвѣчалъ Грэторексъ: -- я слышалъ только общіе толки о томъ, какъ эти деньги лежали сто лѣтъ, наростая проценты на проценты, и наконецъ, достигнувъ десяти мильоновъ, достались нашему пріятелю. Иные говорятъ, что у него вдвое болѣе, но я этому не вѣрю.
-- Онъ положилъ всѣ свои деньги у сэра Самуэля? спросилъ Брандонъ.
-- Нѣтъ, наша лавочка слишкомъ отдаленна; онъ помѣстилъ свои мильоны у Друмонда. Ахъ! да, сэръ Чарльсъ, что жь вы порѣшили на счетъ своей гнѣдой кобылы? Вы, кажется, намѣревались ее продать?