-- Устроимте Volksfest на Швейцарскій манеръ, сказалъ онъ:-- мы можемъ стрѣлять въ цѣль, прыгать черезъ препятствія, бѣгать въ запуски, а дамъ мы пригласимъ раздавать призы.
-- Отлично! воскликнулъ лордъ Кастельтауерсъ:-- самая приличная забава для такого свѣтлаго, прохладнаго дня.
-- Прежде всего мы должны найдти открытую поляну и устроить трибуну для дамъ, сказалъ майоръ Войнъ.
-- И выбрать судью, прибавилъ Саксенъ.
-- И собрать призы, замѣтилъ лордъ: -- я дамъ бронзовую чашу, которая стоитъ въ библіотекѣ, она настоящая помпейская.
-- А я свои пистолеты, воскликнулъ Саксенъ.
-- А я... но я такой бѣднякъ, замѣтилъ Воанъ:-- что у меня нѣтъ ничего цѣннаго, кромѣ сабли и лошади.
-- Самое драгоцѣнное сокровище для война, сказала синьора Колонна:-- но позвольте спросить, о чемъ тутъ держатъ парламентъ на лѣстницѣ?
Она только что вышла изъ корридора, такъ тихо, что никто не слышалъ ея шаговъ, и остановилась на площадкѣ нѣсколькими ступенями выше молодыхъ людей. На ней было нѣжное, сѣрое платье изъ какой-то мягкой матерій, обшитое чернымъ бархатомъ, и маленькій, бѣлый полотняный воротничокъ, застегнутый круглой римской брошкой. За нею падали тяжелыми складками красныя занавѣси; черезъ верхнія звѣнья большаго готическаго окна, яркіе лучи солнца бросали блестящую полосу свѣта на ея голову; она стояла въ своей гордой красотѣ словно прислоненная къ лучезарному столбу.
Молодые люди взглянули наверхъ, притаивъ дыханіе, будто пораженные сверхъестественнымъ явленіемъ. Съ минуту никто не отнѣчалъ.