Кастельтауерсъ взглянулъ на него съ удивленіемъ, но былъ слишкомъ хорошо воспитанъ, чтобъ настаивать долѣе.
-- Если вы не хотите, сказалъ онъ:-- то мнѣ надобно найдти кого нибудь другого. Сидней Пультенэ, я запишу васъ, и дѣло въ шляпѣ. Ну, господа, кто желаетъ участвовать во второмъ состязаніи на тѣхъ же условіяхъ? Призъ -- пара великолѣпныхъ пистолетовъ, пожертвованные благороднымъ состязателемъ, который отказывается отъ состязанія. Я не упоминаю имени благороднаго состязателя, ибо онъ скромный молодой человѣкъ и очень легко краснѣетъ. Ну, господа, помните, что вы призваны на торжественное дѣло, и что на васъ смотрятъ глаза всей Европы!
Шутя и болтая такимъ образомъ, Кастельтауерсъ навербовалъ и вторую партію. Потомъ записаны были по порядку, прыганье черезъ препятствіе восемьнадцать футовъ длины, на призъ синьора Колонны; вслѣдъ затѣмъ бѣгъ на разстояніе ста ярдовъ, на призъ леди Кастельтауерсъ и, наконецъ, одномильный бѣгъ, на призъ двадцати-двухъ гиней, названный призомъ Италіи. На это послѣднее состязаніе записались всѣ атлеты безъ исключенія.
Когда програма была окончена, Кастельтауерсъ отозвалъ въ сторону Саксена и, взявъ его за руку, отвелъ въ сосѣднюю комнату.
-- Трефольденъ, сказалъ онъ: -- могу я вамъ задать одинъ вопросъ?
-- Хоть двадцать.
-- Нѣтъ, и одного довольно, если вы отвѣтите честно. Отчего вы не хотите состязаться въ стрѣльбѣ?
Саксенъ снова смутился.
-- Такъ, я не желаю, сказалъ онъ послѣ минутнаго молчанія.
-- Но, отчего? вы, должно быть, отличный стрѣлокъ.