Въ этомъ вздохѣ слышалась не одна усталость. Какъ ни мало было его пониманіе людей, все равно мужчинъ или женщинъ, но онъ сразу почувствовалъ, что такой вздохъ могъ вырваться только изъ тяжко-удрученнаго сердца. Онъ естественно пустился въ новыя догадки о томъ, что могло быть причиной ея горя, и не можетъ ли онъ, какъ-нибудь анонимно, способствовать къ облегченію этого горя? Не послать ли ей стофунтовый билетъ въ конвертѣ безъ адреса? Она на видъ казалась ему небогатою и...
На этомъ мѣстѣ размышленія его были прерваны. Чья-то тѣнь заслонила входъ въ мавзолей, мисъ Спикеръ поднялась съ порога, и передъ изумленными взорами Саксена стояла леди Кастельтауерсъ.
VI.
Что Саксенъ слышалъ въ мавзолеѣ.
Леди Кастельтауерсъ первая заговорила размѣреннымъ, надменнымъ голосомъ.
-- Вы опять пожелали меня видѣть, мисъ Ривьеръ, сказала она.
-- Я была къ тому вынуждена, раздался почти неслышный отвѣтъ.
-- Я пришла сюда по вашей просьбѣ.
Леди Кастельтауерсъ пріостановилась на этихъ словахъ, какъ-бы въ ожиданіи выраженія благодарности за такое снисхожденіе; но благодарности не послѣдовало.
-- Я должна, однакоже, просить васъ уразумѣть какъ можно яснѣе, что я дѣлаю это въ послѣдній разъ, продолжала она:-- я никакимъ образомъ не могу имѣть съ вами дальнѣйшихъ сношеній иначе какъ письменно, и то въ назначенные сроки, какъ это было до сихъ поръ.