VII.
Искуство реализировать капиталъ.
Немудрено, что Саксена нигдѣ не могли найти, и что было довольно поздно, когда онъ возвратился въ домъ. Заточеніе его продолжалось болѣе часа, и когда мисъ Ривьеръ наконецъ встала и удалилась, ему пришлось пройтись совсѣмъ въ другую сторону, чтобы имѣть возможность объяснить свое отсутствіе далекой прогулкою.
Но едва явился онъ въ гостиную, какъ графъ увелъ его въ кабинетъ синьора Колонны и оставилъ его тамъ. Итальянецъ встрѣтилъ его съ распростертыми руками, а Олимпія, прилежно писавшая что-то, взглянула на него и улыбнулась.
-- Что мнѣ сказать вамъ, мистеръ Трефольденъ? воскликнулъ Колонна:-- какъ мнѣ благодарить васъ?
-- Помилуйте! не за что, застѣнчиво возразилъ Саксенъ.
-- Какъ, не за что! такая, можно сказать, царственная щедрость...
-- Право, я былъ бы вамъ премного обязанъ, еслибы вы были добры неупоминать объ этомъ, прервалъ его Саксенъ.
-- Вы можете меня заставить молчать, мистеръ Трефольденъ; но каждое благородное сердце въ Италіи будетъ васъ благодарить.
-- Надѣюсь, что нѣтъ, потому что я не заслуживаю благодарности: я думалъ только о томъ, чтобы угодить мисъ Колоннѣ.