-- А я скажу: дай-богъ! возразила мать съ глубокимъ убѣжденіемъ.-- Я бы радостно умерла завтра же, еслибы я только знала, что дѣвочка моя послѣ меня не останется одна на бѣломъ свѣтѣ.
Дѣвушка страстно обвила шею матери руками и зарыдала.
-- Полно, полно, не надо! говорила она:-- не смѣй говорить о смерти, моя дорогая. Ты должна жить ради меня. О, какъ я рада, какъ я счастлива, что ты ѣдешь въ Мадеру!
Больная покачала головою, и утомленно откинулась на спинку креселъ.
-- Ахъ, сказала она со вздохомъ: -- лучше бы въ Италію.
XXIV.
На морѣ.
Правду сказала Олимпія, утверждая, что лордъ Кастельтауерсъ -- единственный волонтеръ, котораго отецъ ея не приметъ ни на какихъ условіяхъ. Когда оба молодые человѣка встрѣтили его у воротъ гостиницы "Тринакріа", и объявили ему, что собираются въ Мелаццо вслѣдъ за войсками, онъ всѣми силами старался отговорить ихъ отъ этого намѣренія.
-- Подумайте о леди Кастельтауерсъ, сказалъ онъ:-- вспомните, какъ враждебно она смотритъ на наше дѣло.
-- Но я семь лѣтъ уже какъ поклялся служить этому дѣлу, возразилъ графъ.