Пришлось довольствоваться этой надеждою, а покуда Саксенъ еще поболталъ съ словоохотливой старухою, и узналъ отъ нея, что Друэ -- небольшая деревня, зарытая въ виноградникахъ, къ сѣверу отъ Бордо; что "чужой господинъ", по слабости здоровья, поселился тамъ, на все время сбора винограда, ради леченія виноградомъ; что ея господинъ -- добрѣйшій въ мірѣ человѣкъ; что англійская церковь -- très laide; что англичанъ въ это время года очень мало; что доброхотныя приношенія на содержаніе церкви крайне скудны и т. д.-- пока ему посчастливилось убѣжать отъ ея болтовни.
Наконецъ, пробило и десять съ половиною часовъ. Началась служба. Но умъ Саксена былъ занятъ мірскими помышленіями, и онъ чувствовалъ, что не въ силахъ отрѣшиться отъ нихъ. Онъ чувствовалъ, что ему такъ же невозможно сложить съ себя житейскую ношу на этомъ священномъ порогѣ, какъ сложить съ себя собственное свое я; поэтому онъ даже не вошелъ въ церковь, а только стоялъ у дверей ея и осматривалъ входящихъ. Но напрасно. Между женщинами не было Геленъ Ривьеръ, между мужчинами -- Вильяма Трефольдена. Нѣсколько погодя, въ полуоткрытыя окна долетѣло къ нему пѣніе псалмовъ, затѣмъ изрѣдка сталъ слабо доноситься голосъ проповѣдника. По окончаніи службы, показавшейся ему нескончаемою, молельщики вышли изъ церкви и разбрелись по разнымъ сторонамъ. Тогда онъ вошелъ въ церковь, изложилъ свое желаніе поговорить наединѣ съ пасторомъ, и былъ проведенъ въ ризницу.
Тутъ его вѣжливо принялъ блѣдный, болѣзненный съ виду молодой человѣкъ лѣтъ двадцати-шести, указалъ на стулъ, и любезно спросилъ, чѣмъ онъ можетъ имѣть удовольствіе быть ему полезнымъ?
Саксенъ не затруднился своимъ разсказомъ. Онъ столько разъ уже повторялъ его, всегда съ тѣми же утайками и измѣненіями, что теперь уже почти читалъ его скороговоркой, какъ затверженный урокъ.
Онъ искалъ двухъ близкихъ ему особъ -- такъ пояснилъ онъ дѣло пастору -- которыя, какъ ему достовѣрно извѣстно, прибыли на дняхъ въ Бордо. Одна изъ этихъ особъ -- его родственникъ, другая -- дама, съ семействомъ которой онъ близко знакомъ. Фамилія ея -- Ривьеръ. Ей не болѣе семнадцати или восемнадцати лѣтъ, одѣта она въ глубокій трауръ. Онъ везетъ имъ очень важныя для нихъ вѣсти, и нарочно ради этого поѣхалъ за ними въ погоню изъ Англіи; но до сихъ поръ не могъ получить о нихъ вѣрныхъ свѣдѣній. Онъ заключилъ, наконецъ, свою повѣсть извиненіемъ въ причиняемомъ его слушателю безпокойствѣ и тратѣ времени.
Пасторъ сидѣлъ, прикрывъ ротъ одной рукою, съ глазами, внимательно устремленными въ полъ; выслушавъ Саксена до конца, онъ сказалъ яснымъ, спокойнымъ голосомъ:
-- Позволите узнать вашу фамилію?
-- Безъ сомнѣнія. Фамилія моя -- Трефольденъ.
-- А фамилія вашего родственника -- тоже Трефольденъ?
Саксенъ замялся.