-- Пустяки, братъ, сказалъ онъ, обращаясь къ капитану:-- теперь не время предаваться меланхоліи. Помни, ты глава семейства. Пойдемъ внизъ и прочтемъ духовное завѣщаніе.
Между тѣмъ Вильямъ Трефольденъ, какъ человѣкъ акуратный, методическій, уже успѣлъ сходить въ комнату своего отца, взять тамъ ключи и, спустившись внизъ въ контору, вынуть изъ желѣзнаго сундука ящикъ, въ которомъ хранилось духовное завѣщаніе отца. Когда капитанъ и Фредъ вошли въ комнату, то они увидѣли, что ящикъ уже стоялъ на столѣ, передъ стряпчимъ Бевинтономъ, который заботливо надѣвалъ очки.
-- Господа, сказалъ онъ, значительнымъ тономъ: -- сдѣлайте одолженіе, садитесь.
Всѣ три брата сѣли безмолвно, и съ замѣтнымъ волненіемъ.
Стряпчій открылъ ящикъ. Онъ былъ полонъ бумагъ, контрактовъ, трансфертовъ и разныхъ другихъ документовъ. Стряпчій вынулъ ихъ всѣ одинъ за другимъ, и на самомъ днѣ нашелъ столь пламенно-ожидаемую духовную.
-- Это подлинное завѣщаніе, замѣтилъ Бевинтонъ, откашливаясь передъ чтеніемъ.
Пока онъ развертывалъ документъ, изъ него выпалъ лоскутокъ бумаги.
-- Это, вѣроятно, какая-нибудь добавочная записка, писанная собственноручно вашимъ покойнымъ отцомъ, сказалъ стряпчій, пробѣгая глазами записку: -- гм, это -- разсчетъ всего состоянія покойнаго. Имѣете ли вы, господа, какое-нибудь опредѣленное, понятіе о томъ, сколько имѣлъ вашъ отецъ?
-- Всѣ полагали, что у моего отца около полумильона денегъ, отвѣчалъ Фредъ поспѣшно.
-- Болѣе полумильона, сказалъ младшій братъ, качая головою.