-- Вы шутите, братецъ?
-- Нимало.
-- Что жь вы хотите сказать? спросилъ Саксенъ съ изумленіемъ.
-- Я вамъ объясню, только обѣщайте терпѣливо выслушать меня, ибо мнѣ понадобится войти въ нѣкоторыя подробности.
Саксенъ наклонилъ голову въ знакъ согласія, и стряпчій, лѣниво покуривая свою сигару, началъ:
-- Колонны, какъ вамъ, конечно, извѣстно, принадлежатъ къ одному изъ самыхъ древнѣйшихъ и благороднѣйшихъ княжескихъ римскихъ родовъ. Джуліо Колонна, котораго ни только что видѣли въ Орлѣ -- теперь старшій представитель этой фамиліи. Онъ всю свою жизнь былъ пламеннымъ энтузіастомъ. Въ юности онъ женился по любви, а впродолженіе послѣднихъ двадцати или тридцати лѣтъ, посвятилъ себя душой и тѣломъ итальянской политикѣ. Онъ болѣе написалъ памфлетовъ и составилъ заговоровъ, чѣмъ какой нибудь человѣкъ въ Европѣ; Онъ находится во главѣ каждаго тайнаго общества, которое имѣетъ цѣлью единство Италіи. Однимъ словомъ -- онъ природный, образцовый агитаторъ, а дочь его -- такая же точно фанатичка. Они всегда поступаютъ такъ, какъ вы только что видѣли. Онъ постоянно обдумываетъ какіе нибудь хитрые планы, постоянно заваленъ письмами и брошюрами, она -- только и думаетъ, какъ бы своей красотой и умомъ привлечь новаго партизана.
-- Я понимаю теперь, что она подразумѣла подъ словами "святое дѣло", замѣтилъ Саксенъ задумчиво.
-- Это ихъ любимое, избитое выраженіе.
-- Но вѣдь освобожденіе своей родины дѣйствительно святое дѣло, сказалъ Саксенъ, съ удивленіемъ взглянувъ на своего родственника.
Трефольденъ пожалъ плечами.