Брюссель никогда не видал ничего подобного. Уважение, которым пользовался этот бездельник у ему подобных лиц, превосходит всё, что мы могли предполагать. Его популярность увеличивалась в прямой зависимости от его столкновений с правосудием.
Подобно похоронам какого-нибудь великого гражданина, похороны бедняка будут устроены по подписке. Жители Маролля начали собирать между собою деньги, чтобы купить ему гроб, заказать конвой факельщиков, множество цветов, громкую музыку и даже службу в церкви, святую воду и панихиду на могиле, так как они хотели возможно большей церемонии и шума.
Затем, этот сильный молодец никогда не считался очень умным, и если он божился больше, чем молился, то, может быть, это была его манера взывать к божеству; разве многие виды его божбы не представляли собою гимнов, немного менее уместных, чем другие, но, по крайней мере, столь же искренних и горячих, как большинство наших молитв!
Жители Маролля добились также того, чтобы похоронное шествие прошло через весь квартал, прославившийся благодаря умершему.
Была подходящая для апофеоза погода, солнце сверкало, точно могло воскресить мёртвых. Все подонки общества, всё, что ютилось во всех вертепах, дворах, закоулках, глухих переулках Маролля, было уже на ногах с самого раннего утра. Население других кварталов решило также принять участие и увеличить число настоящих обитателей Маролля. Оборванцы всех возрастов и обоих полов бушуют, как прилив и отлив к больнице, где лежит их предводитель или уже собираются для составления живой цепи. Остальные копошатся на чердаках, влезают на крыши, висят на фонарях.
Кампернульи, Кассизм и я, мы присоединяемся к толкотне; сотни раз нас оттесняют, сметают течением толпы. Если смотреть на лица, то, кажется, будто созвали всеобщее ополчение бродяг, что тюрьмы, все помещения за решёткой, приюты, исправительные заведения и участки выпустили своих трагических квартирантов. Но увы, где же остаются тогда наш Зволю и этот живой Дольф?
Лестница Суда, эти ступени, у подножья которых я увидел Бюгютта в первый раз с его четырьмя верными друзьями, отличавшимися полным расцветом вызывающей силы и неукротимой молодости, исчезает также под множеством зевак или скорее манифестантов, потому что ощущается что-то большее, чем любопытство в чувстве, которое выгоняет эти толпы людей без определённых занятий из их вертепов и грязных жилищ.
Таинственная солидарность этой черни с этим грубым драчуном, который часто мстил за них ударом по спине их общего врага -- полиции! Если б мне позволили, я заказал бы венок с лиловыми лентами, которые носили бы следующую надпись золотыми буквами: -- Тиху Бюгютту, провидению драчунов, победителю лакеев правосудия.
Возле больницы Saint-Pierre такая давка, что можно раздавить друг друга, и мы отправились ожидать шествия гораздо дальше на place de la Chapelle.
-- Идут!.. вот они!..