Романъ
Глава I.
Рано утромъ по пустынной главной улицѣ, раздѣляющей мѣстечко Хальдорфъ на двѣ неравныя части, быстро подвигался высокій, худой мужчина, лѣтъ тридцати, съ узкимъ блѣднымъ лицомъ, въ потертомъ цилиндрѣ и смѣшномъ старомодномъ фракѣ. Сельскій учитель Карлъ Теодоръ Гейнціусъ получилъ этотъ праздничный нарядъ въ наслѣдство отъ дяди, бывшаго чуть не на четверть выше и почти вдвое толще его. Гейнціусъ, изъ экономіи и пренебреженія къ внѣшней сторонѣ жизни, удовольствовался тѣмъ, что собственноручно пересадилъ на нѣсколько дюймовъ дальше пуговицы наслѣдственнаго фрака и обрѣзалъ слишкомъ длинныя фалдочки. Въ такомъ видѣ онъ носилъ этотъ костюмъ уже седьмой годъ, и не только въ праздники и торжественные случаи, но и дома, и на службѣ. Было начало сентября -- каникулы Гейнціуса, но, несмотря на это, онъ шелъ еще быстрѣе, чѣмъ въ учебное время. Палка и дорожная сумка съ надписью "bon voyage" указывали на то, что онъ собрался въ дальній путь. Минутъ черезъ пять онъ остановился у одного изъ послѣднихъ домовъ Хальдорфа и постучалъ въ полуоткрытое окно нижняго этажа.
-- Здравствуй!-- весело крикнулъ онъ въ окно.-- Готовъ ты, Отто?
-- Здравствуйте, г. Гейнціусъ!-- отвѣтилъ женскій голосъ.-- Не угодно ли вамъ войти на минутку? Я еще укладываю, а г. Вельнеръ только что сѣлъ за завтракъ.
Съ этими словами г-жа Урсула Захаріасъ, вдова писаря, приблизилась къ окошку, между тѣмъ какъ Отто Вельнеръ, полтора года живущій у нея на квартирѣ, крикнулъ изъ-за стола:
-- Войди, Гейнціусъ! У насъ еще много времени.
-- Твоя правда!-- отвѣтилъ учитель, переступая черезъ порогъ.
-- Сядь, Теодоръ!-- сказалъ юноша лѣтъ двадцати четырехъ съ недовольнымъ выраженіемъ лица.-- Это знаетъ, сколько лѣтъ пройдетъ, прежде чѣмъ прихотливая судьба опять столкнетъ насъ вмѣстѣ.
-- Ну, вѣдь, не въ Америку ты ѣдешь, -- возразилъ учитель.-- Семь миль; развѣ это далеко, въ особенности, когда пройдетъ дорога? Правда, какъ-никакъ, путешествіе стоитъ денегъ, и если ты...